Навья царевна

Зоряна была явно чем-то взбудоражена: мяла фартук да чуть ли не подпрыгивала от нетерпения, лицо раскраснелось, а в глазах плясал восторг. Можно было подумать, что наконец-то до этой глуши добрался столь мною ожидаемый племянничек царя, но, думаю, тогда бы подавальщица не выполняла бы роль посыльного. Интересно. Что такого ещё могло произойти пока я спала?

- Так кто спрашивал? – с настороженностью уточнила.

Девчонка подпрыгнула от моего вопроса, и благоговейным шёпотом выдохнула:

- Бессмертный.

На такое заявление моё сердце совершило кульбит.

Пожалуй, стоит винить в этом отсутствие отдыха, но первая пришедшая мне в голову мысль была о том, что батюшка вернулся раньше положенного времени. А у меня абсолютно не было намерения становиться вдовой в ближайшие месяцы. Как же тогда с Яги стребовать мои три желания? Но потом в коридоре раздался голос Костия, и я облегчённо выдохнула.

- Тьфу ты. Напугала. Пришла такая взбудораженная, я уж думала жених твой появился, царской кровью так восхищаешься.

- Тю. Да этих царевичей в каждом поколении орава. – презрительно хмыкнула она. – А Кощеев сын, он один такой. – поучительно подняла вверх палец дурочка, отчего меня едва не задушил смех, а потом девчонка опомнилась и резко затараторила. - Госпожа, но я ничего ему про вас не говорила, богами клянусь! Он сначала стал про вашего путника спрашивать, а потом вдруг меня увидел и приказал вам о себе доложить. Я так и не поняла, как он узнал.

Волшбу мою узрел, тут даже думать не надо. Из-за того, что в детстве мы с братом друг на друге часто отрабатывали уроки, данные нам наставниками, то он мои чары нюхом чует, как и я его.

- Да, да. Верю, верю. - прозвучал мой слегка насмешливый голос. – Ты иди, разберусь.

Подавальщица низко поклонилась, и резво выбежала, будто её черти болотные гнали. Однако разминуться с Костием она не успела. Совсем рядом с дверью раздался судорожный женский вздох, а потом тихое и испуганное ойканье.

Да, репутация у брата в гиблых местах была отменная.

Не раз плечом к плечу на рейды с местными колдунами да ведьмаками выходил, дабы самых прожорливых хищников отловить. Но и то, о его статусе все узнали, лишь когда он сил набрался, да невероятным искусником в плетении чар стал. До этого батюшка на всех, кто языки длинные имел и слухи распускал, просто смертельное проклятье навешивал, сопровождаемое немотой. Меня же скрывали ото всех до сих пор. Знали только избранные, кем мне великий ведьмак Кощей приходится.