Возрождение первородной

— Ну конечно, такая тварь как ты не может уметь так быстро.

Лежать в этом месте уже не хотелось и, поднявшись, я оглянулась на расстилающуюся передо мной бескрайнюю пустыню.

Здесь почти никогда не было ветра и практически всегда стояла оглушающая, безмолвная тишь, которую лишь изредка разбавляли бродившие по планете первородные. Когда-то это пугало меня до зяби в костях, сейчас же это означало затишье и безопасность. Больше я не боялась умереть, устав от вечного её ожидания. Однако погибать всё же не хотелось, и передо мной встал весьма животрепещущий вопрос.

— Как мне теперь добывать пропитание?

Учитывая то, что более сильных добытчиков рядом со мной уже не было, а приспособленное к здешним источникам пищи тело утрачено — мои шансы на выживание разом потеряли свою стоимость.

— И что мне теперь делать с этим телом? — с обречением в голосе поинтересовалась у пустоты, в смешанных чувствах разглядывая оголённые, совершенно беззащитные руки и ноги.

Ничего путного в голову не приходило, и я решила, что пока можно пуститься и на поиски чудо-растения.

Быть может, магия в них по-прежнему доступна мне и в таком виде?

Шагая босыми ногами по прохладному ещё песку, я невольно поддавалась воспоминаниям о своей прошлой жизни, находя ту на удивление неспокойной и противоречивой. Едва ли не с самого раннего детства я оказалась среди охотников на ведьм и весьма преуспевала в этом, пока в один прекрасный день не узнала, что сама являюсь одной из них.

Потом новый мир, новые друзья, в которых ранее видела лишь врагов. А затем, затем то глупое влечение, хорошо замаскированное под множеством издевательств, подколок и шуток. Кто же знал, что за одной из них может оказаться и самая настоящая ненависть?

Я не желала тогда верить в это и жестоко поплатилась за свои неоправданные надежды, оказываясь преданной и выброшенной на погибель.

Но я выжила. Выжила тогда и непременно выживу сейчас, — решительно заявила сама себе и мой разум, словно в знак согласия и одобрения, вдруг подкинул гениальную идею.

Глаза загорелись в предвкушении, а губы расползлись в многообещающей ухмылке.

Немногим позже я уже стремительно неслась в сторону, где предположительно должны были находиться мои «освободители» от бренностей здешнего мира. Всем своим сердцем я желала им оставаться в живых до моего прихода и искренне надеялась, что местные жители ещё не добрались до них.