Отбор для (не)правильного принца

– Собираюсь, – ответила я и села на лавку. Со стола передо мной служанка споро стряхнула крошки, оставшиеся от прежних едоков.

Леди Итера, неодобрительно поджав губы, опустилась на противоположную лавку, наклонилась ко мне и зашептала:

– Будьте же благоразумной, леди Делия. Выждите с полчаса-час, а потом откушаете в своей комнате. Что если войдёт кто-то из знакомых? – при этих словах мы с ней дружно посмотрели на дверь. – Ведь потом пересудов не оберёшься. Батюшка с матушкой осерчают, гневаться изволят.

– Леди Итера, – парировала я, обведя рукой помещение и находящихся в нём посетителей, – вероятность встретить здесь людей нашего круга невероятно ничтожна.

А я умираю от голода. Уверена, если бы батюшке пришлось выбирать между моей смертью и пересудами, он выбрал бы пересуды. От них не умирают.

В этот момент перед нами поставили два глиняных горшочка с ароматным жарким, миску с разноцветными душистыми соленьями и половину румяного каравая. И эти новые обстоятельства решили спор в мою пользу, потому что леди Итера дрогнула и потянулась за ложкой.

А я уже вовсю таскала из горшочка кусочки мяса, разваренного картофеля и хрусткие лесные грибочки.

Жизнь определённо начинала налаживаться.

Но лишь стоило мне об этом подумать, как входная дверь открылась. Я рефлекторно повернулась на движение и увидела… его.

– Ну ты подумай! Он что, нас преследует? – озвучила леди Итера мои мысли.

Потому что в таверну вошёл тот самый синеглазый незнакомец, которого мы встретили у реки.

– Неужели других гостиниц в городе нет? – всё не унималась моя компаньонка, от возмущения даже забывшая поднести ложку ко рту, так и продолжала держать её на весу, не замечая, как обратно в горшочек капает наваристая похлёбка.

– Но ведь вы сами говорили, что это самая лучшая гостиница, вот он сюда и приехал…

– Самая лучшая, ха! – как-то уж слишком эмоционально отреагировала на мои слова леди Итера. – Да зачем ему гостиница? Такому самое место на конюшне ночевать, или в лесу под кустом. А не по приличным местам людей распугивать своей разбойничьей рожей.

Я уже давно перестала слушать компаньонку, наблюдая, как незнакомец подошёл к бородатому хозяину, протиравшему видавшим виды полотенцем выщербленную глиняную кружку. На заданный вопрос он отрицательно покачал головой.

Тогда в пальцах незнакомца мелькнула золотая монета, которая будто случайно выпала и покатилась по стойке. Бородач споро накрыл её полотенцем и, словно протирая деревянную столешницу, смахнул золотой вниз.