Отбор для (не)правильного принца

Но, к счастью, меня в причастности к магическим ритуалам он не заподозрил, хотя вопросов назадавал массу: где именно подходила к воде? кто или что находилось в реке? кто был на берегу? а на противоположном? а мог ли кто-то прятаться в кустах?

Я окончательно запуталась в своих эмоциях, а то, что мы разговаривали исключительно шёпотом, и мужчина по-прежнему полулежал на моей кровати, причём слишком близко ко мне, заставляло всё больше и больше нервничать. Сложно сказать, чего в тот момент я боялась больше – огласки и обнаружения в моей спальне постороннего мужчины или обвинения в наличии магического дара.

Для меня всё было одинаково ужасно. Поэтому на все вопросы я отвечала «нет» или «не знаю», стараясь выглядеть невинной и испуганной. Впрочем, так оно и было на самом деле.

В конце концов, мужчина понял, что больше от меня ничего не добьётся, и сдался. Он снова бросил взгляд на мои губы, и меня сначала бросило в жар, а затем до самых пяток прошибли ледяные стрелы паники.

– Не надо больше меня целовать, пожалуйста, милорд, – сдавленно пискнула я, подтягивая одеяло к самой шее.

Незнакомец долго смотрел на меня, словно изучая и запоминая моё лицо, потом коротко усмехнулся и произнёс:

– Ну раз «пожалуйста, милорд», то не буду.

А затем одним гибким движением поднялся с кровати, легко вспрыгнул на подоконник, открыл створку окна, да так, что она не издала ни малейшего скрипа, и… исчез.

Я сидела на кровати и во все глаза смотрела на то место, где только что находился незнакомец.

Синеглазого нигде не было.

Я перегнулась через подоконник и посмотрела вниз – вдруг он упал и лежит со сломанной ногой. Но под окном была только колода для рубки дров и больше ничего.

Может, мне приснился этот безумный визит? Может, я просто начала ходить во сне? Да и створку я могла открыть сама, а потом проснулась и дофантазировала всё остальное.

Сомнения вызывали только всё ещё пылающие после поцелуя губы и странная, необъяснимая обида на незнакомца, который повёл себя совсем не по-рыцарски.

В любовных романах, которые я воро… одалживала из матушкиного шкафа в будуаре, рыцарь выслушивал требование прекрасной дамы оставить её в покое, а затем всё-таки целовал, прежде чем раствориться во мраке ночи. Этот же послушался и сразу ушёл. Испарился без следа.

Нет, он определённо не благородный рыцарь.