Надя и медведь

Бедное животное, они его испортили! Еще бы картофелем ее накормили!

— И картошку вареную тоже любит. Постоянно выпрашивать приходит, — словно подслушал мои мысли он.

Обалдеть! В какой раз за последние десять минут. С другой стороны, если белка так хочет жить вкусно, почему нет?

Вон люди, какую только гадость не лопают, а еще разумные существа! И чем мы от белки отличаемся? Вместо ПП и несоленой гречки я ем блины, да еще со сладким вареньем.

И посмотрела на белку новым взглядом. А потом на красавчика, не унимающегося с готовкой.

Глава 9

Притирка с жителем чудо-избушки шла ускоренными темпами. У кого-то сначала период знакомства, конфетно-букетный, постельный и только потом совместная жизнь.

А у нас все наоборот, даже представления толкового не было. Зато грянул быт и совместное проживание. Обалдеть, еще раз!

И мне неделю с ним куковать, хорошо хоть на полном пансионе. Только на таком питании меня станет в два раза больше. Надо прекращать объедаться неполезной пищей.

Белка успокоилась, только когда получила третий блин.

У всех белок дупло с орехами, ягодами и грибами, а у этой — блины, картошка. И что еще ей давали щедрые мужчины на отдыхе?

Меня тоже красавчик откормить блинами пытается, хотя по моим формам сразу видно — разгрузочные дни не помешают. А он хлебосольством балуется!

— Надо выпить отвар, — стоял над душой Михаил, пока я переживала за белку и провожала взглядом ее прыжки.

Здорово скачет! Так и не скажешь, что неправильно питается. С подвижностью у нее все в порядке. Потащила свою добычу в сокровищницу, чтобы прятать.

В руке требующего моего внимания красавчика была эмалированная кружка с отваром бурого цвета. На вид он мне сразу не понравился, зародив подозрения. Не пей, Наденька, а то козочкой станешь!

— Уверен, что мне надо это пить? Вдруг у меня непереносимость отдельных компонентов? — включила зануду, что доступно любой женщине.

Есть еще режим «пилы», когда занудство доходит до крайней стадии и буравит мозг постоянными повторами по кругу.

Физиономия полуголого красавчика сделалась недовольной.

— Сотрясение — это не шутки! — строго сказал Михаил, глядя на меня с укором. Типа — я старался, а ты не ценишь!

А я глазами — луп, луп, с видом форменной идиотки. И улыбнулась безмятежно, не желая признаваться, каяться и слушаться. Вот такая я вредная! Прямо как белка.