Надя и медведь

Сделалось еще тревожнее и стоять на улице стало не по себе.

Как Михаил не боится оставаться один? И зачем он вообще обосновался здесь? Не поинтересовалась, как и многими личными вопросами. По сути, знаю только его имя, а уже…

— Ты зачем вышла? Не простудишься после бани? — услышала за спиной его голос и чуть не подпрыгнула от испуга.

Не ожидала! Отреагировать не успела, замерла на месте. Просто обернулась, хлопая глазами.

Он стоял в шаге от меня, смотря с беспокойством. И как бесшумно подкрался? Напугал до чертиков!

— Ты чего такой чумазый? — вырвался у меня удивленный возглас.

Михаила весь извозился в грязи, только волосы и остались чистыми, да красивое, мужественное лицо. Голый торс перепачкан, джинсы тоже.

И еще он был босиком. Вероятно, обувь вообще изгваздана, вот и снял, чтобы деревянные дорожки не заляпать.

Такое потрясающее зрелище, что позабыла обо всем остальном, с удивлением его рассматривая. Словно в поединке в грязи участвовал!

— Лосиху пришлось из заболоченного места вытаскивать, провалилась она, — заявил, как само собой разумеющееся, и стал рассказывать.

Сначала кратко, чтобы унять мое любопытство. А потому, когда снова принял душ, смогла расспросить его подробнее за обедом-ужином. И оценила его аппетит, он проголодался.

По его словам, лоси — те еще чудаки, постоянно влипают в неприятности. Сейчас, ранней осенью, у них брачный период и они становятся еще более странными. А попадать с передряги для них — дело обычное.

Поведал истории, как его знакомым довелось их из снега вытаскивать, из полыньи, когда под лед провалились, неглубоко было.

В этот раз лосиха умудрилась забраться в грязь и никак не могла освободиться. Ноги у нее разъезжались, и все было без толку. Ее попытки заметила белка и позвала на помощь.

По словам Михаила, недалеко, метров пятьсот от дома. Предостерег меня, чтобы по округе одна не бродила, потому как вокруг дикий лес и животные.

Кабаны сюда не забредают, но лучше не искать приключений. Мало ли кто еще может встретиться.

Как ему самому здесь не страшно? Смотрела, как он бодро уплетает вторую миску густого, наваристого борща, и терзалась от этой мысли.

Мне выдал тарелку поменьше, заботливо положил сметанки и кусочек хлеба. Еще и поинтересовался, чего не ем.

— А медведи здесь есть? — уточнила переживая. — Не придет нами пообедать?

Глава 18

Михаил смутился, даже есть перестал, глянув на меня. Но потом сказал, стремясь успокоить.