Чуж чуженин

Почему же тогда Нелюб накрыл её, лишая себя самого удобства и тепла? Неужели пресловутая жалость?

Мстислава нахмурилась. Ей, княжне, можно было служить. Её можно было любить, ненавидеть, обожать, бояться. Но жалеть? Этого она сносить не станет!

Девушка отбросила плащ и огляделась. Возле хвойной постели стояла берестяная кружка, полная куманики. Рядом лежала вчерашняя палка, обструганная до гладкости. Вокруг рукоятки плотной змейкой вилась тонкая пеньковая верёвка. Над огнём на треноге висел котелок, в котором что-то слабо пари́лось.

Мстиша едва не подпрыгнула на месте — так неожиданно, точно из-под земли, появился Нелюб. Как он умудрялся бесшумно пробираться через кусты и ходить по хрупким веткам, оставалось для неё загадкой.

— А, выспалась? Я уж решил не будить тебя с устатку.

Он сгрузил на землю что-то мягкое и, присмотревшись, Мстислава с отвращением разглядела двух мёртвых уток. Откуда-то сверху Нелюбу на плечо слетел Бердяй, и зазимец, тепло улыбнувшись, погладил его пальцем по грудке.

— Молодец, дружок, славная добыча.

Помытчик повернулся к девушке.

— Ты бы к реке сходила, умыться, охорошиться, — как-то туманно посоветовал он, и Мстише это совсем не понравилось.

Что ж, предчувствие её не обмануло. Увидев себя в речном отражении, княжна ахнула. Чего только не торчало в растрёпанных волосах — и хвоинки, и дохлые комары, и листья. На лицо и вовсе без слёз взглянуть было невозможно. Сквозь грязные разводы и припухлости от укусов проглядывали ещё давешние румяна, измазанные сверху Пряха знает откуда взявшейся сажей.

Оттерев лицо до красноты, Мстиша осталась довольна только глазами. Они одни блестели по-прежнему, сделавшись от воды почти синими. Дома, в тереме, Векша каждый вечер перед сном омывала Мстиславу, а уж про баню и говорить нечего. Даже в пути чернавка непременно нагревала для своей госпожи воды.

Девушка несмело подняла руку и брезгливо принюхалась. Нет! Больше она шагу не сделает, пока не вымоется! Гадливость переборола и страх того, что Нелюб застанет её нагой, и боязнь холода.

Мстиша быстро скинула понёву и рубашку и торопливо вбежала в чёрную заводь. Вода оказалась обжигающе ледяной, и девушка не сумела сдержать сдавленного вскрика. Глубина начиналась прямо у берега, и Мстислава, не умевшая плавать, судорожно ухватилась за дернину. Найдя безопасное место, княжна сорвала пучок жёсткой травы и принялась яростно скоблить кожу.