Под дланью темного бога

Могла…

Этой ночью ей спалось из рук вон плохо! Она вертелась с боку на бок, то поднималась и подходила к окну, глядела на снег, то снова ложилась, стараясь уплыть в сон. А потом уснула, да так крепко…

Там, во сне, был алтарь Анигьос. Статуя безмолвной богини замерла, подняв ладонь в благословении. Лисса тихонько подошла ближе, присела на скамеечку. Храм тонул в полумраке, и только статуя светилась, будто вокруг порхали быстрокрылые мотыльки.

- Удивительно, - прошептала Лисса.

- Чему ты дивишься, дитя? – рядом с ней на скамейку присела молодая женщина – лет тридцати, темноволосая, синеглазая.

Она была одета в тонкое платьице.

«А ведь зима», - подумалось Лиссе.

- Тому, как красиво переливается свет вокруг статуи, - ответила девушка.

- Свет стремится к своей богине, - мягко улыбнулась незнакомка. – Это и тебя касается.

- Что вы имеете в виду? – не сразу поняла Лисса.

- Ты пришла сюда. Только лишь это. – Незнакомка снова развернулась к статуе. – Странно… Так много людей ежедневно поклоняется богине, рушит свою жизнь в погоне за истинной верой, а Анигьос избрала тебя, дитя.

Ту, кто даже имени ее боится.

- Избрала для чего? – Даже во сне было стыдно спрашивать.

Женщина молчала, а потом вдруг заговорила снова так же внезапно, как и замолкла:

- У Анигьос был человек, которого она беззаветно любила.

- Знаю, Ингвард. Мне Кир рассказывал, - кивнула Лисса.

- Нет, я не об Ингварде. Речь о короле Эрихе. Ты слышала о нем от Кресса, не правда ли?

- Да, - признала девушка.

- Когда погиб Ингвард, Анигьос думала, что никогда не найдет утешения.

Первая любовь – она такая. Не ведает полумер и полутонов. Но Эрих сумел излечить рану в сердце тогда еще совсем не богини. Он был очень светлым человеком. Светлее, чем она сама. И Анигьос родила ему дитя.

- Подождите… - Лисса перебила совсем уж невежливо. – Но как? Как же обет верности и прочее…

- Это придумала не богиня. – Женщина развела руками. – Так удобно тем, кто использует ее образ для устрашения. «Смотрите, вот вам пример!» И глупцы верят, девочка моя.

И идут за поводырями вроде магистра Клейхеда, которому самое место вечно блуждать во тьме. Дело ведь не в магии, правда? Ты передай Киру Крессу, что ни его отец, ни мать не попали в чертоги богини света. Он поймет мои слова правильно.

- Почему? Они ведь следовали пути Анигьос!

- Они следовали пути тщеславия! – Глаза женщины вдруг заблестели от гнева, в них словно засверкали молнии. – И отказались от самого важного, что им послали – сына.