Рецепт капучино для долго и счастливо

Он знает, что смерть его родителей была очень болезненной, но теперь горе ушло, осталось лишь одиночество, идущее с ним бок о бок с тех пор, лишь иногда отходя достаточно далеко, чтобы впустить в себя ощущение… сопричастности. Единства с кем-то, кто не был тремя его феями.

Сирил хорошо помнит и последнее, возможно, одно из самых неловких, но при этом очень теплых. Как внезапный глоток горячего чая с медом и лимоном посреди снежной бури, в которой он жил уже много… лет. Он никогда не может сказать точно.

Драконья память хранит вещи не так.

Время — то, что исчезает первым. Нет, не так… Он помнит даты, просто ощущает их не так, как люди или другие, не столь долго живущие расы. На понимание этого, казалось бы, простого факта у Сирила ушло достаточно лет. Лишь по тому, насколько много воспоминание причиняет боли или, наоборот, успокаивает, он может понять, насколько давно это произошло.

В любом случае… поднимаясь наверх, в приемную комнату, Сирил не ожидал там увидеть девушку из кафе, в котором он был сегодня.

Тогда, в кафе, она была в костюме сказочного персонажа. Сирил немного — вероятно, больше, чем ему было нужно и следовало — изучал традиции другого мира, ужасно удивленный тем, насколько много там культур, которые еще живы, а не были похоронены под костями давно умерших чудовищ и драконов и песками времени.

Снегурочка, если Сирил не ошибается. Он читал пьесу о Снегурочке, совершенно не ожидая подобной концовки. Сирил привык к новым легким сказкам с добрым концом, где все обязательно счастливы, но… гибель только познавшей любовь Снегурочки его тогда расстроила.

Феи, которым он читал пьесу-сказку, расстроились даже больше, особенно Исса. Она плакала и говорила, что так же нельзя. Почему ей было позволено испытать любовь, но не остаться с тем, кого она полюбила?

Он не стал говорить ей о том, что старые сказки его детства нередко были по-настоящему жестоки.

— Господин, — взволнованно щебечет Исса. — Чужие.

Да, Сирил прекрасно все видит. Он сам установил защиту и отдал приказ никого не пускать, если это не что-то срочное. Иногда под самый конец года, когда магия бывает особенно сильна, в частности, драконья, к нему приходят с просьбами. Порой крайне неразумными и совершенно эгоистичными просьбами. Драконья магия отличается от обычной, но она не всесильна.