Рецепт капучино для долго и счастливо

— В столовой, он сказал подать ему завтрак туда, — отвечает она через пару секунд.

Они молчат еще немного, пока Исса заканчивает с прической.

— Ты снова будешь его избегать? — спрашивает она.

И теперь уже Злата дергается от удивления и неожиданности. Значит, если все заметила Исса, то и Сирил должен. Это уже нехорошо. Она совсем не собиралась его расстраивать или обижать, просто замок уж очень интересный, а ее мысли, наоборот — очень неинтересные.

Через несколько дней она благополучно вернется домой к своей самой обычной и не волшебной жизни, и Сирил ее, наверное, благополучно забудет.

Или не забудет, но уж точно не будет о ней много думать, займется какими-нибудь магическими исследованиями или будет спать, пропуская целые годы. Что ее жизнь для дракона? Одна песчинка в пустыне, миг в вечности.

Так… лишние мысли. Прямо совсем лишние. Она не собирается портить праздник ни себе, ни Сирилу.

— Нет, — говорит она Иссе. — Хочу поговорить. И, наверное, извиниться. Я не хотела его избегать.

На самом деле хотела, просто все сложно. Возможно, слишком сложно, чтобы пытаться разобраться здесь, за туалетным столиком в спальне. Или вообще хоть когда-либо.

Но как будто избегание проблем помогает в долгосрочной перспективе. Так что Злата идет в пасть к дракону — ха-ха, каламбур, — и собирается извиниться.

Исса улыбается ей, отлетая в сторону. Прическа — простая корона из кос — готова.

— Он не злится, — уверяет ее Исса. — Но, похоже, думает, что сделал что-то не так.

Злата вздыхает.

— Он все сделал так! — Она взмахивает рукой, для пущей убедительности. — Это я глупости делаю.

Она смотрит в зеркало и слегка улыбается собственному отражению, чтобы вернуть себе немного уверенности, после чего встает и решительно направляется в столовую.

Конечно, Злата всегда может передумать, дорога длинная, но… долгосрочные перспективы, верно? А еще праздник. Она не собирается портить праздник, наоборот — это будет лучший праздник в ее жизни, в настоящем волшебном замке с настоящими волшебными феями и драконом, который, может, и не обратится перед ней, но… важен сам факт.

Она замирает на пороге столовой — Сирил уже внутри.

Он сидит на привычном месте. На нем легкая домашняя рубашка с тонким сложным голубым узором, напоминающим морозный, верхние пуговицы расстегнуты и Злата видит, как движется его адамово яблоко, пока он что-то тихо говорит Лили.

Сирил замечает ее раньше, чем Злата отмирает и поворачивается к ней.