Рецепт капучино для долго и счастливо

И лишь смеется, когда он поднимает бровь в недоумении. Потому что обязательно сбудется.

Интерлюдия дракона о пироге, гостье и феях

Сирил отламывает небольшой кусочек яблочного пирога вилкой. Тесто удивительно мягкое, поэтому не приходится даже давить. Яблочная начинка — приятного золотого оттенка мякоть — слегка вытекает на тарелку. Пахнет яблоками и корицей.

Ему приходится помогать себе ложкой, потому что кусочек не накалывается целиком на вилку из-за своей мягкости и воздушности.

Злата сидит на соседнем диване и совершенно спокойно ест пирог прямо ложечкой.

Она даже слегка мычит от удовольствия, наверное, думает, что ему не слышно, но — нет. Драконий слух улавливает даже то, как сильно бьется ее сердце.

Он не совсем знает, что делать с тем, что они перешли на «ты». Даже феи — которые больше всего подходят на роль его семьи, — обращаются к нему, как к Господину. Это традиция. С его отцом и мамой было так же: Господин и Госпожа.

Конечно, Сирил обращался к Нериссе на «ты». Но далеко не сразу.

И пусть она была сильно младше его — даже бабушка Нериссы была младше его на пару поколений, — но носила титул и происходила из достаточно богатой и знатной семьи, чтобы попасть к нему. Обращаться к ней «ты» было просто неправильно.

Лишь годы наставничества и действительно дружеских отношений привели к тому, что они начали звать друг друга по именам. А потом все закончилось Иссой, но… это уже просто история. Давно просто еще одна история.

Злата… другая.

У нее нет никакой богатой и известной родни или собственного титула, судя по ее матери.

И по работе. Бариста в кофейне в другом мире — это словно наемная горничная в гостинице или официантка в таверне, если Сирил верно все понимает. Некоторые нюансы другого мира все еще ускользают от него.

И вот она предложила перейти на «ты».

Он действительно обрадовался, хотя сам так и не понял причины этой радости. Как будто от этого обращения стало немного легче.

Может, все дело в столь долгом одиночестве. Все его знакомые и даже друзья давно мертвы, пусть и были не-людьми, а Сирил так и не нашел в себе сил позволить кому-то еще приблизиться к нему со смерти Нериссы.

Злата — это удивительно яркое пятно в однообразной серости дней.

Возможно, Сирил и правда скучал по возможности учить кого-то, открывать для них что-то новое. Хотя Злате хочется не только объяснять, но все-таки…

Сирил отрезает вилкой еще кусочек пирога.

Приятная текстура теста без комочков, мягкость яблок с привкусом корицы.