Мурильда и её друзья

Ситуация обострялась, но к вечеру заложник был освобожден. Группировка, взявшая на себя ответственность за похищение, объявила об самороспуске и ушла в джунгли.

Отмытого и отчищенного заложника подняли на борт авианосца. Наши коты и кошки глядели на него с омерзением. Бульдог. Натуральный бульдог. И ради такого чудовища шли на гибель отважные герои десантники. Все зло в мир от собак, думал Игорь Викторович. Странно, что я их когда то любил. Как давно это было. Сколько событий. И до чего же противная собачья морда.

Глава 15

–  Я с детства любил кошек. Воспитанный в семье, где было четыре кота и две кошки, я привык к моим усатым друзьям. Я наливал им блюдечко молока, я терпел их милые проказы. Да, в душе я был бульдогом. Но! Может  ли быть любовь между кошкой и собакой? Я считаю, да, может быть. Пусть мы пахнем псиной, но мы хорошие. Пора, давно пора зарыть топор войны и дружно грызть косточку на нашем общем дворе.

–  Грызть кости вместе с шелудивой шавкой, благодарю покорно.

Мурильду не впечатлил монолог романтично настроенного бульдога. А мне он понравился. Искренний и добродушный зверь. Идеалист? Да. Но симпатичнейший идеалист.

Контр-адмирал, задумчиво потягивая виски со льдом,  наслаждался умной беседой. Заложник спасен, следует ждать благодарности лично от Президента. И кто знает, возможно, и следующего звания. Мой папА иронически ухмылялся в седые усы, но не вмешивался. Мир не исправить, наверное, думал старый скептик. Воевали мы с собаками и будем воевать.

Погода, кстати, была дивная. Мы, все-таки прошли Панамский канал и вышли в Тихий океан. Тихоокеанские акулы, о неизбежности которых нам давно уже говорил Спилберг, плавали вокруг авианосца, надеясь, что кто нибудь из нас упадет в воду. Х.. вам, акулы.

Знаете ли вы тихоокеанскую ночь? Нет, вы не знаете тихоокеанской ночи. Вглядитесь в неё, пока вы плывете, пока вас не выбросили за борт. Пока вы молоды и молодые горячие кошки скребутся в вашу каюту.

Мне снились…. черт знает, что мне снилось. Чьи-то нежные руки настойчиво сжимали мою шею. Ну ты уж очень Лейла…  Мурильда не борзей!!!

Пробуждение было ужасным. Я задыхался, бился в железных объятиях неведомого гостя. Кто-то рычал мне на ухо, отвратительно воняя псиной.

–  Хочешь жить, укажи нам каюту, где спит ваш старый котяра.