Приграничные земли

Мужчина быстро поднялся, залпом осушил полный графин воды и вновь откинулся на подушки с протяжным стоном.

— Да, хорошая вчера была варенуха, — проговорилон сам себе, — а ты чего в такую рань проснулся,малец?

Как Сиреон мог определить время, Марк не понимал, ведь в доме не было ни единого окна, которое могло быподсказать, что за часть суток царит за его пределами.

— Рука болит, всю ночь промучился с ней.

— Он, не вставая, поднял вверх ладонь, демонстрируя мужчинеожог.

Сиреон же, вмиг поднявшись и сев к нему на диван, принялся пристально рассматривать пострадавшееместо.

— Когда появился?

— Ночью. Вечером вроде не было, — задумчиво произнес юноша, пытаясь вспомнить, где он мог так сильно обжечься.

Мозг стал лихорадочно складывать события вечера и ночи в единую картину. Марку вспомнилась девушка сльняными волосами, которая звала его за собой.

 Темный лес, ее ладони в его собственных. Она что-то говорила, а он отвечал. Но сам разговор, как и образ незнакомки, ускользал из его сознания, словно тонкая паутинка наветру.

— Мне такой сон странный снился, — высказал свои мысли юноша, — словно я выхожу из дома, потому что в лесу меня ждет девушка, просит выйти к ней, ждет. И язнаю ее, хоть и не видел до этого ни разу.

..

— Что ты делаешь? — шепотом уточнил Сиреон.

Марк не понял, какая именно часть сна его заинтересовала, поэтому повторил все заново.

— Кора! — прорычал коренастый в сторону кровати их спутницы.

— Что? — сонно отозвалась та из-под груды одеял.

— Открой дверь.

— Сейчас? Сам не можешь? — недовольноответила девушка.

— Конечно, не могу, ты же запечатывала. — Сиреонбыл уже не на шутку зол.

Кора же, либо со сна не понимая этого, либо привыкшая к перепадам настроения мужчины, босыми ногами прошлепала к двери и резко ее распахнула. Прохладный воздух, ворвавшись в комнату, заставил ее поежиться, и она с изумлением выглянула за порог.

— Сиреон, что это? — спросила девушка, словно боясь спугнуть видение.