Вечный Герой

Они внимательно слушали, по ходу осмысливая и адаптируя к своей культуре сказанное мной, и утешили меня тем, что я не сумасшедшая. Ни в коей мере. А что врагов, кроме меня, никто не видит - так колдуны людям глаза отводят, обычное дело.

- А то, что они сделали с моим мужем и его матерью? Я своими глазами это видела, понимаете? Кровь во все стороны и сердце Натальи Михайловны... А теперь они живые. Только... врагами стали.

- Смею предположить, что ведьма пожрала их души. Теперь они будут служить ведьме, преданно и бездумно.

- Да знаю. Я пока вернулась домой, к родителям.

- А у нас, если женщина сбегает от мужа к родителям - это позор. - Заметил Нидо. - За это могут и волосы остричь. Это всё равно, что её вернули, как бездетную. У Вас нет таких устоев?

- У нас есть такое понятие, как развод. Пожили в законном браке, надоело - и развелись. И снова оба - свободные люди, и каждый может новую семью заводить.

- А дети у кого остаются? - Заинтересовался он.

- Обычно у матери.

- А вот это, извините, уже дурость. Дети - это моя кровь и плоть, мои наследники, продолжение моего рода - почему я должен отдавать их в чужой род? Жену я бы поменял, из интереса. А вот детей – нет.

Мы ехали и ехали потихоньку, луны карабкались на небо, точнее, одна луна и один месяц, и вокруг было очень тихо, и заснеженный лес выглядел сказочным. И подбородок Ларса упирался мне в затылок, я чувствовала его дыхание, и уже от этого было хорошо.

- Вы чего нализались оба?

- У сестрицы в гостях были. Да это я Диура таскаю, а то он сидит в Волчьей Пасти, как медведь в берлоге, даже не охоту его не вытянешь... Но к Арале я его вытаскиваю, пусть попривыкнет. Он же уехал от нас - Арале пять лет было... А теперь - двадцать пять, как ни крути. Двое сыновей, третий на подходе. Диур здорово одичал там, на севере. Оно конечно, верная служба королю и отечеству, кто спорит.

- Ну и чего Вы оттуда привезли, кроме шрамов и мании преследования, барон? - Спросила я.

- Да ничего. -  Хмыкнул Ларс. - Ладно, хватит о чепухе болтать. У Вас большие неприятности, а я даже не представляю, как вам помочь. Вы, действительно, никак не можете меня перетащить в ваш мир?

- Могла бы - уже перетащила бы. - Ответила я очень тихо и грустно. - Или сама осталась бы. Мы ведь оба этого хотим. Вы уж простите за такую откровенность.