День 21

Случись что, мой отдел пойдёт, как беззащитное стадо, — Браунинг, стоявший вместе с Левицки перед нами, обернулся. Его лицо пересекала хитрая ухмылка. Дебби взглянула на него снизу вверх с плохо скрываемым восхищением.

— Поранитесь ещё, — хохотнул в ответ Уилсон.

— Пока вы выпутываете пушки из своей аммуниции, случится ещё одна Катастрофа, — Браунинг в долгу не остался, и я улыбнулась.

Я чувствовала, как в воздухе разливается лёгкое возбуждение с примесью командного духа — несмотря на то, что это были всего лишь учения, обстановка всё равно будоражила нервы.

Никто не мог предположить, когда тренировки сменятся реальной угрозой, и это держало нас в тонусе. Особенно меня. Меня раздражал звук сирены, она пинком под зад выбрасывала меня из блаженного забытья в реальность, где от моих действий зависели жизни других. Я страшно боялась облажаться. Боялась остаться без прикрытия старшего инспектора и принимать определяющие решения самостоятельно. Но я знала что когда этот момент настанет, думать и боятся будет некогда, нужно будет действовать согласно инструкциям…

— Эй, а может решим этот спор на стрельбище? — пока я усиленно думала, анализировала и философствовала, Браунинг и Уилсон не прекращали подначивать друг друга.

Яркий и горячий, словно факел, «душа нараспашку» Уилсон и Браунинг, напоминавший мне айсберг — блистающая на солнце глыба льда, основная часть которой скрыта за толщей тёмной воды — я удивлялась тому, насколько они разные и насколько легко находили общий язык. Хотя не такими уж и разными они были, оба те ещё занозы в заднице.

— Да не вопрос. С меня кофе, — Браунинг снова обернулся к нам. Мы поднимались по лестнице, я была на ступеньку выше, но, несмотря на это, главный аналитик всё равно загораживал мне обзор.

— Э-нет, дешевишь, — Уилсон погрозил ему пальцем. — «Скайлайн» против «Хантерс», два билета на первый ряд, а? Ещё остались, я знаю.

— По рукам.

Пока они обсуждали предстоящий баскетбольный матч, мы спустились на нулевой этаж, встретив две группы сотрудников с третьего и первого, двинулись вниз, в бункер.

Бункер защищал практически от любого вида угроз, кроме, наверное, взрыва атомной бомбы в непосредственной близости. К нему вела пологая лестница с длинными ступенями размером в два шага, по обеим сторонами алыми огнями мерцало бесперебойное освещение. Чертовски неудобная дрянь эта лестница — сделав один шаг, вместо двух, я, неловко топнув ногой, оступилась и впечаталась лицом в спину Браунинга.