Дом быта в Аду

Кот глянул на меня красным глазом и приподнялся на задних лапках, решительно подставляя голову и спину. Через секунду я, успокоившись, легонько чесала кота под подбородком, гладила по голове, а он самозабвенно мурчал и лез на руки.

— Слушай, а давай я умоюсь, оденусь и тогда еще тебя поглажу? — предложила я коту, до конца не решив, можно ли обращаться с этим необычным существом не слишком вежливо, без страха задеть его тонкую душевную организацию. — Я очень быстро!

Кот муркнул еще раз, но отступил, когда я поднялась.

И не зашипел, когда я направилась в ванную комнату.

В ванной я долго торчала перед зеркалом в массивной резной раме с чуть осыпавшейся амальгамой, рассматривая перемены в собственной внешности. Каким-то, видимо, магическим образом мои волосы не только приобрели естественный оттенок, но и выглядели так, словно я, не прекращая, полоскала волосы ромашкой по заветам бабушки.

В детстве я казалась себе бледной молью. Подростком тщательно боролась с невразумительной внешностью при помощи обилия теней на веках и наслоению краски на ресницах.

Бабушка ругалась, но не заставляла смывать боевой раскрас.

Сейчас же, кусая губы и придирчиво разглядывая себя, я признала, что где-то и в чем-то Домовой оказался прав. Как только исчез более темный цвет волос, кожа перестала казаться чуть болезненно-желтой. Много лет я считала, что глаза у меня слишком светлые, совершенно невнятного оттенка, но теперь пришло осознание, что я была излишне придирчива. Глаза у меня серые, глубокого оттенка грозового неба.

На фоне бледной кожи и светлых волос они кажутся яркими, а прежде вся их яркость терялась из-за цвета волос.

Вздохнув, я прекратила заниматься самолюбованием и занялась более насущными вопросами: умылась, почистила зубы. А потом плюнула и полезла в душ, решив, что раз меня никто не будит, то я успею.

Кот не ждал меня посреди спальни, а с совершенно царственным видом возлежал на одеяле. Увидев меня в полотенце, кот зевнул и начал вылизываться, от чего его дымчатая шерсть пришла в активное движение, волнами пробегаясь по тельцу от макушки и до кончика неспокойного подвижного хвоста.

— А ты нахал, — хмыкнула я, прежде чем собрать с кресла свои новые вещи. Под нарядом отыскался аккуратный комплект белья. Такие бабушка называла «без выкрутасов» — чистые линии однотонной и приятной на ощупь ткани, тонкая полоска кружева.

В ванной я долго вертела вещи, прежде чем аккуратно в них облачиться.