Любовь Дракона

Ветер насквозь пронизывал одежду, а тепло костра переставало согревать. Белые, мягкие снежинки коснулись моего лица, медленно укрывая темные стволы деревьев и желтые листья под ногами. Снег шел целый день, а к ночи стал густо покрывать все кругом, что луны на небе почти не было видно за белой завесой.

Когда снег укрыл озеро, мне пришлось вернуться в деревню. Моему появлению были рады только Бека и Пит. Хотя жена Пита мне была совсем не рада. Хил была подругой Руд и их холодные, и неприветливые взгляды прожигали меня каждый день.

Из-за них я совсем перестала выходить из дому. Хил носила малыша Пита, а вот Руд не могла понести от Вуда, и с каждым днем все больше и больше меня за это ненавидела, распуская слухи, что это моя вина. Что я прокляла их союз с Вудом, когда он меня бросил и выбрал ее. Никто уже и не помнил в деревне, что это я бросила Вуда. Я понимала, что в деревне мне оставаться нельзя, да я и сама в ней больше оставаться не хотела.

Солнце покидало небо скрываясь за Черными Скалами напоминающие издалека остроконечные темные крыши, а серый туман полз по каменным стенам пещер.

— О чем ты грустишь дитя?

Голос Луни был тихим и приятным словно тихая песня.

Она подошла и присела рядом со мной, на сломанное дерево, лежавшее на земле.

— Каждый новый день приносит лишь холод. — Устало выдохнула она, наблюдая за уходящим солнцем, потирая тонкие сморщенные запястья. — Мои старые кости бояться холода. А жар огня уже не согревает как раньше.

Я взглянула на нее красными глазами от слез, которые успела вытереть, услышав ее голос за спиной.

Она продолжала потирать свои высохшие запястья кутаясь в давно уже прохудившуюся жилетку.

— Они давно уже не зажигали огонь. — Она смотрела на горы. — Когда я была маленькой, то в горах бывало горел огонь. Возможно черные тени также искали тепла.

Она все продолжала кутаться, в свою старенькую жилетку словно надеялась найти в ней остатки тепла.

После слов Луни о драконах я снова взглянула в небо, надеясь вопреки всякой надежде увидеть моего дракона.

Но небо было пустынным и серым.

Ночь быстро опускалась на лес скрывая от взора горы.

— Скоро все закроют ставни и запрут двери. Ночь — время теней. — Луни подняла глаза к небу.

Где-то вдалеке завыл одинокий волк. Протяжно и тоскливо. Словно этот вой принадлежал мне. Такой же горестный и одинокий. Волк еще раз завыл и умолк. Никто не откликнулся на его зов.

— Наверное волчий голод заставил спуститься его с гор.