Попаданка в стране чудес. Финал

Всякий раз, начиная новый рассказ и доходя до его середины, девушка резко переставала говорить, хмурилась и тяжко вздыхала. Дальше она не помнила.

– Не расстраивайся так, – раз за разом призывал профессор. Ему сложно было видеть то, как на его глазах расстраивается человек, успевший стать для него очень важным. – Другие попаданцы вообще ничего не помнят. Мои родители полностью лишены памяти о жизни до попадания в Мирабилию. Вместо воспоминаний у них один сплошной провал.

– И как они с этим живут? – хмыкнув, спросила Вита.

Чужие неприятности ее ничуть не утешали.

– Я думаю, в какой-то момент они привыкли к этому, – чуть подумав, ответил Монс. – Не знаю только, когда именно этот момент наступил… Скорее всего, процесс происходил постепенно. К выпуску из института родители уже успели обрести новые воспоминания о новом мире, поэтому во взрослую жизнь они отправились с ними.

– И друг с другом?

– Что?

– Они познакомились в институте?

– Да. Учились на одном потоке.

– И встречаться начали во время учебы?

– Ах это… – учитель, допивающий чашку вкуснейшего травяного чая, откинулся назад и, как показалось Вите, немного расслабился.

– Они говорят, что у них случилась любовь с первого взгляда. Они помогали друг другу, вместе познавали новый мир, вместе проходили адаптацию, вместе учились, сдавали экзамены, проводили свободное время. Порой я думаю, что им и в голову не приходит, что бывает как-то иначе. Родители до сих пор не любят расставаться даже на день. Если отцу по работе приходится куда-то уезжать, это всегда грусть, страдания и долгие прощания. Зато, когда он возвращается, в доме царит небывалое счастье. Все рады, все будто бы становится на свои места. И это после стольких лет брака.

– Звучит романтично… – Вита тоже пыталась расслабиться. За проведенное вместе время Монс постепенно научился отвлекать ее от плохих мыслей. Правда сама попаданка не всегда могла поддерживать это приятное течение беседы и периодически выдавала что-то эдакое. – Ты тоже влюбился в свою жену с первого взгляда?

Добродушие, окрасившее на время лицо профессора, мгновенно исчезло и сменилось ироничной гримасой.

Вита виновато посмотрела на учителя. Да, она снова сыпала ему соль на рану и прекрасно это понимала.

– Не знаю, – тихо и не особенно уверенно ответил Монс. Он уставился в чашку, потом перевел взгляд в окно, из которого виднелся лес и звездное небо. – Иногда мне кажется, что это Фрига убедила меня в том, что я в нее влюбился.