Попаданка в стране чудес. Финал

К счастью, никому никогда не приходило в голову создавать закон, запрещающий профессору и студентке жить под одной крышей, так что привлечь его к какой-то серьезной ответственности никто не мог.

– В конце концов мне сказали, что я свободен, – резюмировал Рихард, усмехнулся и добавил. – Но при этом мне стало совершенно ясно, что за мной продолжат наблюдать, пока Фригу не поймают и не вынесут ей окончательный приговор. Они хотят, чтобы я поучаствовал в ее поимке… Но пока у них нет идей, как это можно организовать.

– А ты бы стал в таком участвовать? – спросила Вита.

– Не знаю… – вздохнул Монс. – В зависимости от того, что бы от меня потребовалось…

Попаданка собиралась сказать что-то, но в это время в палате появились Ланс и Тед. Оба выглядели испуганно, но уже не настолько, насколько испуганными они выглядели перед тем, как Вита потеряла сознание в парке.

– Извините… – виновато сказал Тед, застряв в дверном проеме. Войти он не решался. – Вита, ты как? Тебе лучше?

– Мне намного лучше, – улыбнулась девушка.

Монс встал, чтобы не мешать однокурсникам говорить. Он прошел вглубь палаты и прислонился спиной к стене, а молодые люди нашли в себе смелость пройти в помещение.

– Знаешь, мы пытались сказать, что на тебя напали… – замялся Ланс. Наверное, он чувствовал себя неловко в присутствии учителя. – Но нам никто не поверил.

– Да, я уже слышала об этом, – перебила его Вита. Она не хотела, чтобы парни винили себя в чем-то. – Вы сделали все, что могли.

– Мы обещали профессору, что с тобой все будет в порядке, – мрачно заметил Тед. – Но в итоге ты теперь в больнице.

– Так это исключительно моя вина, – махнула рукой Вита. – Я пренебрежительно отнеслась к своей слабости и рванула в погоню. А вы меня предупреждали, что не нужно так делать.

– Все равно, – Тед перевел взгляд на Монса. – Простите, профессор.

– Вы и правда сделали все, что могли, – ответил Рихард. Он не собирался ругаться.

Они поговорили еще немного. Чем дольше шел разговор, тем легче молодые люди относились к присутствию преподавателя, хотя он и продолжал вести себя строго. В этот момент Вита чувствовала себя как никогда особенной. Не для всего мира, а исключительно для Рихарда. Он разрешал ей видеть себя таким, каким был на самом деле, а не таким, каким требовал от него профессиональный долг.

– Ладно, господа… – сказал Монс, обращаясь к Лансу и Теду.