Мужчины уходят, мечты остаются

Мы шли по узкой улочке между корпусами, где едва могли разъехаться два грузовика. То там, то здесь мелькала узкоколейка. А вот и следы пожара, случившегося пару лет назад. В одном из корпусов не хватало двух стен. Обугленная дыра зияла открытой раной.

Мы вошли внутрь. Илья попробовал лестницу на прочность и стал подниматься, я следом. Выкрашенные стены, похожие на обычный подъезд, деревянные перила. Второй этаж меня поразил. Огромное помещение без перегородок. Только массивные колонны уходят под потолок. Свет из больших окон лился косыми лучами.

- Это что? Станки? – я ткнула пальцем в длинный металлический короб с валиком на крышке. От валика тянулись нити, белесые и неровные. Я пригляделась. Между нитями нависла паутина. Хитрый паук воспользовался чужой работой.

- Этот цех никто не закрывал планово, - пояснил Илья. – Начался пожар, люди сорвались с рабочих мест и больше никогда на них не вернулись.

- А это что такое? – я присела на корточки возле дыры в стене. В эту дыру ныряли рельсы и застрявшая на них вагонетка.

- Осторожно! – вдруг закричал Илья.

Пол под моими ногами затрещал. Я вскрикнула и отскочила в сторону. Не надо было этого делать. Доски пола с грохотом рухнули, и я последовала за ними. Я ухватилась за бетонный край пола одной рукой. Древние обезьяньи инстинкты спасли меня. Развалившиеся подо мной доски уже разнеслись вдребезги, а я все еще висела на одной руке, подтянуть другую никак не удавалось.

Я посмотрела вниз: может, спрыгнуть? Желудок подпрыгнул и попросился на волю. Далеко подо мной блестели рельсы, на рельсах замерло несколько вагонеток.

- Руку! – закричал Илья. Он лежал на полу, и его багровое лицо виднелось из-за рваного края дыры. – Давай мне руку, живо!

- Ты моей руки просишь? – попыталась я пошутить, но в этот миг доска под Ильей затрещала. – Шел бы ты отсюда, пока цел.

- Руку! Руку дай, кому говорят! – продолжала вопить на меня моя мечта.

Я попыталась поднять левую руку, но она была налита свинцом. А правую я никому не отдам! Илья ухватился за нее сам, дотянулся до нее, смертник чертов, отодрал от холодного бетона. И мы стали медленно сползать в пропасть, уже вместе.

- Говорила тебе, вали нахрен! – Завопила теперь уже я, - Нет, героя из себя корчит, дебил!

Я не сразу заметила, что наше перманентное скольжение прекратилось.