Солнце в волосах

Вот потанцую с тем же Уриком, как же она обрадуется! Ещё полгода будет о чём мне гадости говорить!

В небо взмыл яркий соль, раздался смех. Я точно знала, что в том районе рынка лоток кондитера, который всякими сладостями промышляет. Какой-то маг решил детвору порадовать? И точно, даже отсюда было слышно, как они радостно кричат. Здорово быть магом! И как жаль, что мне этот дар не достался! Я мечтала попасть в Светоч. Мечтала стать такой же. Умной, благородной. Захотела – и купила сладостей всем рыночным пострелятам.

Захотела – и вылечила соседа от грыжи. Захотела – и удрала на танцы. И ни у кого спрашивать не нужно. Даже этот любитель ботанических талмудов уже был такой. Ему лет-то вряд ли больше, чем мне, но он уже знает что это, попробовал на вкус. Свободу! Может, поэтому он так меня раздражает? Потому что он может сам себе купить книгу, а я нет?

Нет, не в этом дело… И почему из головы не идёт? Чтоб ему икалось!

Я вздохнула и отошла от стены. Рынок уже закрывался, вечерело. Основные торги всегда по утрам были, но Свахта постоянно придумывал новые занятия для нас с Илиной, будто боялся, что мы от безделья маемся, поэтому мне часто приходилось бежать то туда, то сюда, чтобы удовлетворить хозяйские требования.

Сегодня вот на ужин планировалось жаркое, но Свахта решил, что жаркое слишком тяжело на ночь для его желудка. И погнал меня за рыбой. А её попробуй ещё найди в такое время. Утреннюю всю разобрали, а вечерний клёв ещё не начался.

Но я уже знала все места и хитрости, так что уже через пятнадцать минут с чувством выполненного долга пёрла в гору корзину, гружёную несколькими скумбриями и одной форелью.

Правда, там ещё по мелочи: морковь, лук, пару мешков картошки, которые я тащила на перетянутых пальцах свободной от корзины руки. Впрочем – не привыкать.

Илина была зла. Опять Свахта сорвался на неё, а значит, сейчас мой черёд. Интересно, по лицу? Или опять под рёбра? Как-то раз, увидев синяк у меня на скуле, Свахта устроил показательный разнос своей кухарке, и с тех пор Илина пыталась попадать только по тем местам, что не видны под платьем.

Свахта это знал, но не знал, что об этом знаю я, так что продолжал вдохновенно изображать из себя защитника, чтобы я, не дай боги, не пожаловалась Бирту.

Но батюшке пожаловаться я не могла. С тех пор, как мы расстались в Приюте Хозяйки гор, от него не было ни единой весточки. Зурб писал чаще всего, несколько раз приходили письма от Мальриса, но чем старше я становилась, тем реже мы общались.