Солнце в волосах

Кто знает, решилась бы я когда-нибудь на это, если бы рядом не было Эстэриола? Вряд ли. Но теперь я понимала, что это стоит делать. Стоит бросать прошлое, чтобы жить дальше, стоит отпускать привычное, даже дорогое сердцу. Илина осталась, смирилась, даже пыталась научить меня быть такой же. Возможно, ей в глубине души было больно и страшно? И хотелось иметь кого-то рядом, кто поймёт, кто сам знает, что это такое: отказаться от чести и будущего ради уютного мирка, где всё привычно?

Но ведь я не Илина.

Я не оглядывалась, оставляя дремлющий Нэвэрет с его мерцающими огоньками, цветами, запахом рыбы и выглаженной временем брусчаткой.

Я не оглядывалась. Поэтому не могла видеть, как вздымаются к небу чудовищные языки пламени на улице Свечей.

Ветер свистел в ушах, волосы больно хлестали по лицу, а тёплый ещё летний воздух застывал ледяными поцелуями на щеках. Плавно, беззвучно, но стремительно, будто летел, нёсся Ниамо, а я, не в силах сдержаться, поднимала лицо к звёздам и смеялась. Эстэриол смеялся вместе со мной, прижимая к груди за талию одной рукой, а второй цепляясь за седло, чтобы мы не свалились.

Плащ, в который мы укутались, хлопал полами на ветру, в открытый ворот задувало, а слёзы стекали за уши.

Мы неслись с такой скоростью, что деревья, подсвеченные луной, превратились в сплошную серовато-чёрную смазанную стену. Ни одного поселения, ни одной хижины, никого – только мы и дорога. В полной тишине мы вырывались вихрем за очередной поворот, распугивая возгласами и смехом прикорнувших птиц и белок.

На обочине замерцал костерок, но мы промчались мимо, услышав затихающую брань. Кто-то возвращался из Светоча, чтобы прийти туда на следующий год.

Остановились всего раз, чтобы размять ноги да по очереди в кусты сбегать. Совсем я отвыкла от седла! В занемевших ногах закололи тысячи иголочек. Я охнула и схватилась за подпругу. Ниамо переступил на полшага ближе, поддерживая меня. Надо же, почти не запыхался! Какой чудесный конь! Я знала насколько умны маговыращенные животные, но никогда не видела их вживую.

Во всяком случае, не знала, встречались ли мне такие. Но Ниамо спутать с обычным конём было невозможно! Он будто сам был источником магии и света. Может, это была лишь иллюзия, подпитанная светом луны и мечтами, заставляющими маленькие звёздочки зажигаться в сощуренных и слезящихся от ветра глазах?

Мимо пропорхнула какая-то крохотная дурная птица и врезалась прямо Эстэриолу в грудь. Он поймал её и поднёс к лицу.