Новогоднее желание или Принц-фей на черном драконе

Ничего удивительного, что о душе понятия не имеет. Он, наверное, как в средневековье, в переносной лохани моется, точнее его моют. Но тут уж как-то без меня.

Глава 5

Саэрос

Какое удивительное место, так не похожее на Верхолесье. Куда меня занесло? В одно из человеческих королевств? Но ведь не могло все так сильно измениться за каких-то полгода?

А магические потоки... Они иные. Тусклые, тонкие, не идущие на контакт. И это ко мне, к фею, что говорить об остальных расах. Как они здесь живут?

Хорошо, что у меня с собой мешочек с пыльцой, иначе понятия не имею, как смогу вернуться домой, если понадобится раньше времени.

Оглядывая комнату, в которой проснулся, заметил, как потоки тянутся, ластятся, как котята, к девушке, сумевшей каким-то образом обручить нас. Красивая, светлокожая и такая манящая. Мне тоже хочется также, как и магические нити, потянуться к ней, ощутить шелк ее кожи, втянуть носом запах.

Вот что значит предобрядное трёхмесячное воздержание...

Как одурманенный, зашарил по ее телу, с трудом сдерживая себя от опрометчивых поступков, которые могут дорого стоить не только мне, моим близким, но и всему миру.

- Руки убрал! – рявкнула она.

Решил немного пошалить:

- Уверена? Тебе ведь нравится.

Развернулась, явив янтарные глаза, в которых от возмущения сверкали голубые молнии. Красиво.

- Ты кто? – спросила она.

Значит то, о чем спрашивала ночью не помнит.

- Принц, а как ты сюда попал?

Отчего-то про мать прародительницу и татуировки не хотелось говорить, поэтому ограничился полуправдой:

- Порталом.

Она истерично хохотнула, заставив меня обеспокоится ее душевным здоровьем. А следом в голову пришло совсем сумасшедшее предположение: может монахиня? Это бы объяснило маленькую коморку с крошечной кроватью, рассчитанной на хрупкое девичье тельце, да и в целом скромное убранство.

Нет, не сходится. Ее сорочка отнюдь не целомудренная, да и белье… Монахини не носят ничего кружевного, алого. Только одеяние черного или белого цвета простого покроя.

- Я в душ, - воскликнул предмет моих мыслей и вскочил с постели.

Нет, точно не монахиня. У любой служительницы храма сердце бы хватило от вида сорочки, открывающей щиколотку, что уж говорить про ту, что едва прикрывала попку. Мягкую, округлую и невероятно аппетитную. А ножки...