Девушка для Монстра. В дороге

Удушающе пахнет застоялой водой, потом и кровью.

Стоит проморгаться, как взгляду предстают впаянные в серые, едва тронутые краской, стены и низкий, так что Динка, при всём её небольшом росте, задевает его макушкой, потолок прутья решётки.

«Клетка» — понимает Динка, делая шаг ближе.

Там, у дальней стены, лежит на боку пёс. Тёмная шерсть свалялась колтунами и кажется настолько грязной, что непонятно, какого на самом деле она была цвета.

— Эй, — тихо зовёт Динка, осторожно касаясь ледяных прутьев, но пёс не реагирует.

На мгновение ей кажется, что он и вовсе не дышит, но вот бок слегка приподнимается, чтобы тут же опасть.

— Все умирают, — замечает мужчина.

Динка оборачивается, чтобы встретиться взглядом с тёмными глазами.

Крылья сложены за спиной, руки на груди. Он одет всё так же, но на этот раз одежда кажется совсем неуместной.

— И он умрёт, — на губах ни намёка на улыбку или торжество. Кажется, он наоборот печалится такому исходу событий.

— Яр?..

Сердце в груди леденеет, когда Динка оборачивается обратно.

Пёс... Нет, волк. Он всё так же продолжает лежать на боку, ни на что не реагируя и, кажется, даже не слыша её.

— Яр!

Ноль реакции.

— Что ты с ним сделал?!

Ярость растекается по венам горячей волной.

— Ничего.

Одно слово и ярость сменяется паникой. Бьётся в голове страшная мысль: «Он ведь ушёл из квартиры...». Что он мог натворить, когда вернулся, а её нет?

— Верни меня назад!

— Нет.

Динка цепляется за прутья решётки, словно они могут помочь или и вовсе исчезнуть, позволить шагнуть туда, ближе к Яромиру.

— Вы такие хрупкие существа... Всегда умираете...

Решётка растворяется под руками, а вместе с ней и всё остальное. Яромир истаивает на глазах.

Под ногами шуршат опавшие листья, когда Динка переступает с ноги на ногу. Вместо подвала лесная поляна и свежий холм между кустами лещины.

— Они не были бы против.

Динка вздрагивает, оборачиваясь. Рядом стоит Яромир. Усталый, осунувшийся и с непривычно короткими волосами. Но живой. Словно и не было того прошлого… видения.

«Видение?..» — что-то ворочается в памяти, но никак не желает выходить на свет.

— Им сейчас спокойно там, — Яромир кивает на земляной холм и, чуть нагнувшись, опускает на его верхушку веточку с созревшими орехами с ближайшего куста. — Вместе.

«Вместе?..» — Динка в панике смотрит на холм, начиная понимать, кто именно там лежит. Отец… Их отцы.

— Хватит!

Яромир рядом даже не вздрагивает от окрика. Он, кажется, даже не слышит её. Снова.