Иллюзия греха. Последняя иллюзия

То, что получилось однажды, можно повторить. Я говорил с матерью, она согласилась помочь и лично провести процесс.

– Меня, значит, спрашивать не обязательно?

Судя по молчанию, Герберт был все так же уверен, что рано или поздно я соглашусь, ну или он меня продавит, а значит, не обязательно.

Захотелось встать и уйти, но появившийся в дверях террасы робот поставил передо мной на стол огромный поднос с едой и даже блюда любимые: фруктовый салат, пасту с кусочками лосося и эклеры на десерт.

Подобный акт показательной заботы вызывал злость на то, что Герберт знает обо мне все и умело этим манипулирует, а вот желудок благодарно заурчал.

Все же есть я захотела еще в полицейском участке.

Перед инкубом еду тоже поставили. Хорошо прожаренный стейк и стакан томатного сока.

Спустив кота с рук, я потянулась к ножу и вилке, решив начать с пасты. Глупо отказываться и строить из себя гордую и непоколебимую.

– Зачем вам вообще сын? – накручивая длинные макароны на вилку, спросила я. – Дело ведь явно не в стакане воды в старости.

Что за навязчивая идея?

– Любому мужчине нужен наследник, который продолжит его дело.

– Усыновите человеческого мальчика. Ваш отец ведь сделал Ричарда официальным приемышем, несмотря на кровное родство. Что мешает вам сделать примерно так же?

– Человек не справится с возложенными обязанностями, – инкуб ответил с полной уверенностью.

– Действительно, куда уж нам. Мы же отсталые по сравнению с вами. – Почему-то стало обидно за обычных мужчин и человечество в целом.

– Нет, вы не отсталые. Вы нерациональные. Слишком много эмоций, жадности и пороков. Правление людей уже привело к двум войнам, третьей допускать нельзя.

– Хорошо, допустим, – сделала вид, что согласилась с выводами. – Как поступают другие инкубы, если сына не удается зачать?

Герберт медленно прожевал кусочек мяса, запил соком, при этом немного перепачкав верхнюю губу. Почему-то это меня позабавило. Красные томатные усы на мгновение сделали его не таким уж совершенным.

– Переписывают имущество на того, у кого есть наследник.

Мы все, так или иначе, потомки одних и тех же людей, пусть дальние, но братья. Нам не интересна конкуренция между собой, мы привыкли действовать слаженно и двигаться к одной цели.

«Почти как роботы», – мысленно дополнила. За исключением одной малости: роботам отдают приказы хозяева, а инкубы – сами себе хозяева. Им никто не указ.

– Что ж, тогда не вижу большой проблемы, если вы останетесь без сына, – пожала плечами я.