Заговор в империи

Грейсток усмехнулся, глядя прямо на меня и не отрывая своего внимательного, изучающего взгляда с моего лица, словно сопротивляясь самому себе. Я поклясться могла, что внутри него шла борьба из воспитания и его личных желаний поверить своей невесте. Черт знает, как страшно ему было принимать это решение, ведь предательство – не то, что легко можно было бы забыть, а сам он едва ли привык повторно подставляться, добровольно открывая себя для удара.

- Хорошо. – кивнул он. – Пусть так, госпожа Залесская.

Доверюсь вам в этом вопросе и буду лишь смиренно надеяться, что вы знаете, что делаете.

- Я не давала повода сомневаться в моей профессиональности. – покачала я головой.

- В вашей квалификации я не сомневаюсь, здесь вы не подводили меня, речь по большей части о вашей разумности. – хмыкнул наследник империи и, переведя взгляд на Игната, добавил: - Насколько обширная практика в том, что вы собираетесь сделать…кстати, что вы собираетесь делать?

- Ничего особенного, - отмахнулась я и направилась к безразмерной сумке, дабы отыскать там свои пишущие принадлежности.

- Сожжет она вашу ведьму и всего-то. – добавил Игнат. – А практики в этом у нас еще нет. Но вы не переживайте, наработаем еще. С вас как раз и начнем.

Не знаю, какую реакцию вызвали его слова, потому как по пояс нырнула в сумку, рыская внутри в поисках нужного мне блокнота. В общем, занята была.

***

- Слушайте…- раздался на краю слуха шепотом Дерга, который, как и было положено магам, пожелавшим присутствовать на ритуале, держался поодаль от поляны на берегу озера, где и собиралось организоваться основное действие.

– Жутко все это как-то. Некомфортно.

Быть может, магам действительно так и казалось, но едва ли дело было в специальных атрибутах для этого ритуала. По крайней мере, я искренне сомневалась, что две ведьмы с распущенными волосами, босые и в белых льняных платьях по самые щиколотки, на головах которых красовались сплетенные накануне Игнатом и самим Дергом, возмущающимся и осуждающе перешёптывающимися, могли произвести такое угнетающее впечатление.

Даже костер, разведенный мной посреди очищенной поляны у озера, горел еще не во всю ему полагающуюся мощь, а Матвей, мой водяной и лесной еще и вовсе вели себя прилично, дожидаясь заката и наступление часа Ивана Купалы.

- Чего ждем? – вопросил подошедший Ланфорд, единственный, кто отказался стоять в стороне и не портить мне настрой.

- Не чего, а кого.