Заговор в империи

Должно было сработать! Оно должно было сработать!

Не понимая, что еще делать, я вспомнила слова тетушки. Свет души. Свет ведьмы. Свет…

Света здесь было достаточно, но души?

- Я есть свет. – с расстановкой, чувствуя, как в голосе просыпаются громовые нотки, произнесла я. – Я есть жизнь. Я есть путь. Я приказываю тебе, дитя дьявола, исчезнуть из нашего мира. Я есть начало. Я есть конец. Я приказываю тебе, посланник ада, отправиться туда, откуда ты пришел.

Что-то изменилось. Словно под полом резиденции начали открываться врата.

Повеяло могильным холодом, а ветер, из ниоткуда взявшийся ветер, поднялся с такой силой, что легкие предметы мебели начали взлетать и нестись к окнам, разбивая стекло и оказываясь на улице. Домовой, ускользая следом, схватился за ножку дивана, который накренился и с громким, неестественным и неправильным скрипом медленно заскользил на меня. Мои волосы взлетели, мешая видеть, а меня потянуло назад, не то от порывов ветра, не то рогатый решил помочь своему ребенку.

- Я есть свет. Я есть жизнь. – кричала я, стараясь заглушить шум вокруг. – Я есть начало. Я есть конец. Я приказываю тебе, сущность тьмы, оставить наш мир. Я есть свет. Я есть жизнь.

Свет внутри меня разгорался все ярче, а существо, корчившееся на полу, взвывало так, как не ревело прежде. Я никогда не слышала таких звуков и едва ли услышу когда-нибудь. Но я не справлялась, потоки ветра были слишком сильные, врата ада открывались слишком медленно, я ускользала следом за улетевшими картинами и не могла позволить себе опустить руки, чтобы зафиксироваться.

Тогда, неожиданно для меня, мою руку обхватил маг. Переведя взгляд, но не упуская из поля зрения светоненавистника, я заметила стоящего рядом Ланфорда. Он, хмуро глядя на меня, не пытался применять магию, прекрасно понимая, что она войдет в резонанс с моей. Он просто стоял рядом и помогал мне держаться на ногах.

С другой стороны, зафиксировавшись в точно таком же положении, встал Игнат.

Он, в отличии от Ланфорда, не выглядел столь серьезным. Замер и, подмигнув мне, вытер струйку крови с разбитого носа.

- Я есть свет. Я есть жизнь. – переведя взгляд обратно на существо, чувствуя поддержку и опору, прокричала я из последних сил, вкладывая в мой крик всю силу, что еще оставалась во мне. Это был крик не столько физический, сколько душевный. – Я есть начало. Я есть конец. Я есть зов. Я есть ответ. Я есть путь.