400 страниц моей любви

Надо бы что-то сказать, но что? Да, потом она вошла во вкус и даже немало меня удивила, но ведь я ее, по сути, изнасиловать пытался, да и браслет надел без согласия. Глянул я на него и обомлел:

— Сработало, — выдохнул я. Мила мгновенно дернулась, отстраняясь, и тут же скривилась от боли. — Смотри, — я взглядом указал на ее предплечье.

Она взглянула — и замерла, на миг даже дышать перестала.

— Он был прозрачно-голубым... — выдохнула она.

— А теперь алый, — счастливо улыбнулся я. — Жена, — произнес, глядя ей в глаза и словно пробуя это слово на вкус.

Заметив непонимание в ее глазах, пояснил: — Это не просто брачный браслет, а семейный артефакт.

— И?

— И он признал, что ты моя пара. А я твоя, — я продемонстрировал ей свою руку, на которой имелся точно такой же браслет.

Ее зрачки как-то странно расширились. Я не сдержался и, притянув ее к себе, нежно поцеловал ставшие податливыми губы, ощущая, что все еще хочу ее, и в то же время понимая, что сейчас не время, надо проявить терпение. И главное, добиться ее любви.

Как назло тут же раздался тихий стук в дверь, а затем голос одной из тех юных служанок, которые разделили со мной постель накануне отъезда в академию:

— Литэ Камилла, вас ждут на завтрак.

— У-у-у, эта не отстанет, — простонал я, понимая, что покоя нам теперь точно не дадут, и нехотя выпустил Милу из объятий.

Обернувшись простыней, открыл дверь и столкнулся с изумленным взглядом служанки.

— Ой! — пискнула она и впилась взглядом в брачный браслет на моем предплечье, после чего, потупив взгляд, пробормотала: — Простите, миор, я не знала.

..

— Теперь знаешь, — делая акцент на первом слове, ответил я. — Передай, что мы не придем, и принеси нам еды.

— Но все ждут... — с просительными нотками протянула она.

— Все? — раздраженно переспросил я.

Бог мой! Сейла, ну хоть бы ты взяла все в свои руки. Выходит, этот лопух Леон так ни на что и не решился? Если бы между ними все случилось, то сейчас спали бы как убитые, даже и не помышляя о том, чтобы вставать на завтрак.

Ну, Леон! Вот же идиот закомплексованный! У нас времени всего три дня осталось, и если они не скрепят свой союз исполнением супружеского долга, то... В горы? А как же Мила? Не имею я права обрекать ее на такую жизнь в отдалении от всех и вся. Но и без нее теперь жизни не представляю...

— Ну... — тем временем мямлила мнущаяся возле дверей служанка.

— Сейла там? — строго спрашиваю, моля бога о том, чтобы услышать отрицательный ответ.