Жена навеки (...и смерть не разлучит нас)

Я не просила его привести нас подальше от Тибальда. Только ближе к Нолгару.

Они прибились к берегу, сошли на землю. Деран увидел выдранный слой земли и серый туман, клубившийся в выемке. Он сжал кулаки.

- Нет, Морани. Я должен просить прощения у Фросаха, что дурно помыслил о нем. Он не подверг нас опасности. Наши недруги ушли. Использовали трансгрессию – опасную и вредоносную магию для живого пространства.

- Чем она вредоносна? – спросила элатейя. – Никогда не слышала о таком заклятье или ритуале.

Морани не обладала даром волшебства, но выросла в окружении чародеев и знала многое из теории магического искусства.

- Трансгрессия разрывает пространство. Перемещает куски живой материи, а на их месте образуется разрыв.

Деран указал на выемку, заполненную серым туманом.

- Разрыв заполняется вот такой субстанцией. Никто не знает ее природу и откуда она берется. Она ядовита. Иногда исчезает бесследно, не причинив вреда. Но иногда начинает отравлять остальное пространство.

Все живое может здесь погибнуть, если не заняться нейтрализацией разрыва. Должно быть, Кивар встретился с остальными, они раскрыли мою хитрость и поспешили в Лудар. Потому в спешке применили трансгрессию и не озаботились нейтрализацией.

- Фросах разгневается! – воскликнула Морани. – Они осквернили берег Хозяина!

- Не успеет разгневаться. Я зачищу Туман Разрыва, не беспокойся.

Деран подошел к выемке, присел на корточки, опустил руки так, что они были близко к серым клубам, но не касались ее.

Сделал несколько пассов, шевеля губами в неслышных заклинаниях. Клубы начали истаивать – не враз, а по мизерным частичкам.

Прошел не час и не два, прежде чем смертоносная серость исчезла. Морани наблюдала безмолвно, не вмешиваясь, не торопя мага. Давно стемнело, когда Деран наконец с облегчением выдохнул и поднялся.

- Туман нейтрализован. Теперь можно искать Нолгара.

***

Весь день мы с Нолгаром проторчали на охоте. Супружник взял меня с собой, чтобы не оставлять рядом с хевья.

Он изрядно запугал их, но все равно не доверял. Так что пришлось мне тащиться с ним, а чтоб не напрасно – ощипывать подстреленных куропаток, пока он охотился на новых. Думала я, бедных птичек он приворожит магией. Но нет. Муженек наколдовал только лук – из своей "псевдореальности". А в дичь стрелял по-честному.

В лагерь мы вернулись с полудюжиной птиц. Ощипать я успела пару, остальных Нолгар велел оставить еще кому-нибудь.