Непримиримые. Наперегонки с судьбой

У них там что тоже переворот? Или осадное положение? Или это пираты сюда так зачастили, что теперь всех гостей вместо хлеба и соли, горазды огнем и сталью встречать? А ссоры нам ни к чему.

— Кто такие? — раздался с берега усиленный рупором голос.

Конечно не хотелось объявлять вот так сразу кто я и зачем прибыл, но с учётом ситуации инкогнито сохранить явно не удастся.

— Младший принц Годар Монлок Бендгольдский, с предложением союза к правителю Северных земель, — ответил я, магией направляя свои слова к тому, кто заговорил со мной, но чтобы другие не смогли разобрать смысла сказанного.

— Ваше Высочество, наши люди заберут вас на шлюпке. Остальные члены вашего экипажа остаются на борту и не делают резких движений, — отозвался невидимый собеседник.

Поймав встревоженный взгляд Корта, помотал головой, мол, не лезь, сам разберусь. Да и куда тут рыпаться? Я сам затащил их в эту ловушку, мне их и вытаскивать. Уйти без повреждений прямо сейчас возможности всё равно нет. В конце концов не зря же меня столько времени готовили к управлению государством, если сумею успешно провести переговоры, сдам экзамен, и не посрамлю честь отца.

Когда-то я уже бывал здесь, сопровождая посольство Его Величества. Смешно, но дальше портовой площади нас тогда не пропустили несмотря на высокий статус, мирное соглашение между государствами и довольно плотные торговые отношения. А сейчас и вовсе встречают во всеоружие.

Какое-то время мы ещё переговаривались, затем к Стремительному приблизилась лёгкая шлюпка с двумя гребцами, и я, на глазах насторожившейся команды спустился вниз.

— Ждите, и не нарывайтесь на неприятности, — приказал на прощание и через несколько минут уже выходил на берег.

Не стану скрывать, мурашки бегали по коже пока шёл по причалу. И причиной был не только пронизывающий до костей холодный морской воздух. Как-то неприятно ощущать себя мишенью.

Звук выстрела оглушил. Я метнулся в сторону, интуитивно пытаясь уйти с траектории пули.

— Прекратить! — в две глотки гаркнули мы с сопровождавшим меня офицером.

Воцарилась напряжённая тишина. Щёку пощипывало. Провел по ней рукой, взглянул на окрасившиеся алым пальцы. Вот и первый шрам появится.

— Приносим извинения, виновный понесёт наказание, — произнес стоящий рядом мужчина, и жестом приказал следовать за ним.

Чем дальше уходили от берега тем тревожнее становилось на душе.