Непримиримые. Наперегонки с судьбой

Девушка раз за разом переосмысливала произошедшие перемены, упорно не понимая почему судьба так жестока с ней?

В её хорошенькой, до сих пор взлохмаченной головке не укладывалось случившееся за последние сутки. Ведь всё шло по плану — подготовка к балу, предвкушение долгожданной расплаты с заучкой Коштэр, но внезапно появляется воскресший старший брат и переворачивает всё с ног на голову — угроза смерти, гибель родителей, скитания по жуткому ночному лесу, а теперь этот ужасный монастырь. В её душе поселились не тоска или боль от вины за содеянное, она считала что не так, значит эдак Трилон рано или поздно проник бы в замок, пусть и без её помощи, и потому единственное что сейчас испытывала девушка — это злость на старшего брата.

Желудок жалобно заурчал напоминая что не помешало бы поесть. Ареана в сердцах стукнула ручкой по лежанке и тихо взвыла от боли — тощий матрац, скорее напоминавший пустой тряпичный чехол, совершенно не смягчил удара.

— Ну и где все? — дуя на горящую огнем ладошку, буркнула она.

Какое-то время девушка сидела, зло зыркая на низенькую дверь, и искренне надеясь, что та вот-вот распахнется и кто-нибудь из послушниц принесет обещанный завтрак.

Трели желудка становились всё настойчивее, и она, не выдержав, неуверенно вышла из кельи, собираясь напомнить о себе. В длинном мрачном коридоре оказалось тихо и безлюдно. Выйдя на улицу, Ареана прошлась по каменному двору. Складывалось ощущение будто здесь не было ни одной живой души. И это так её охраняют от всего и всех? Мимолётно промелькнула мысль о побеге, но голод вынудил отбросить нелепую затею.

Немного поплутав по безликим серым лабиринтам, девушка отыскала трапезную. Вошла в помещение и замерла, ожидая когда на неё обратят внимание, и окажут положенные титулованной особе почести. Увы, никто не кинулся сопровождать её к единственному имевшемуся здесь столу. Да что уж там, даже взглядов от своих тарелок не оторвали! Пара десятков послушниц как ни в чем не бывало молча работали ложками, поглощая нечто странное — кашеобразное и как и всё вокруг — серое.

— Я хочу есть! — требовательным тоном известила она присутствующих, но никто не отреагировал.

Подобное поведение оскорбляло. Принцесса уже с трудом сдерживала норовящие вырваться наружу слезы. За что они так с ней?! Мало на её участь страданий за последние сутки выпало? У девушки даже мелькнула шальная мысль — может случилось нечто необъяснимое и она стала невидимкой, и потому её никто в упор не замечает? Покосилась на крохотное окошко.