Сердце звёздного дракона

В свете считалось, что у них с Венсеном Колбертом вялотекущий, но долгоиграющий роман, который позволяет обоим партнерам время от времени развлекаться на стороне.

Колберт был Эллерой искренне увлечён. Олсон тоже испытывала к Колберту некоторый интерес – сильный харизматичный мужчина сорока лет, тот как магнит притягивал к себе разного рода легкомысленных девиц. Наверное, потому Колберт и выбрал её – Эллера была в меру легкомысленна, но ни за кем не бегала и предпочитала смотреть на конкуренцию свысока. К тому же по праву считалась одним из красивейших агентов в своём выпуске.

Миссии с подобным прикрытием ей, тем не менее, доставались редко – Эллера их не любила и имела достаточно других талантов, чтобы избежать судьбы вечной приманки в медовых ловушках.

Считалось, что Колберт – большая и довольно богатая шишка, но, откровенно говоря, ОПВЭ никогда не интересовал сам посол Гестора. Задачей Эллеры было выйти на контакт с руководством Инквизиции, о котором никто толком ничего не знал. Великий Инквизитор появлялся на людях в изукрашенных золотом нарядах, профессионально играл на камеру, но даже во время съёмок лицо его скрывала маска.

Тайной оставалась не только его личность, но и более серьёзные вещи – например, в какой степени политика Инквизиции зависит лично от него, а в какой является плодом закулисных интриг и результатом работы тайных конклавов. «Двадцать лет, а мы до сих пор не знаем ничего», - думала Эллера, наблюдая, как Колберт пожимает руки другим послам. На самом деле они не знали точно даже того, сколько именно лет существует Инквизиция. Возникла ли она в один миг или стала пасынком какой-то другой, более старой организации.

Эллера с опаской шагнула вперёд, вглядываясь в лицо того, кто лежал перед ней на траве.

«Красивый, - отметила она про себя. - Колберт ему не чета». Сердце почему-то кольнула боль. Ощущение неправильности той жизни, которой она жила и живёт. Близости чего-то настоящего, кристально чистого, для чего она, возможно, уже не годится, потому что она - это именно она.

И там, в десятке метров за спиной, её ждёт зрелый мужчина, с которым она делит постель.

Незнакомец приоткрыл глаза. В зрачках стоял туман.

- Помоги… - одними губами повторил он.

Ровеналь с трудом соображал. Боль затопила сознание. Смутно он понимал, что с раной в плече что-то не так. Иначе его тело не могло бы так онеметь.

Ровеналь смотрел в голубые глаза той, чьё лицо нависало над ним, и впервые в жизни боялся умереть.