Искра в бушующем море

Элла разозлилась, в конце концов, работу она сделала наравне со всеми, и Драк не переломился бы, если бы посвятил ее в свой план. В отместку чародейка скрыла от наставника подробности ночного набега на дом градоначальника. Откровенности будут, когда и Драк пожелает поделиться тайнами.

Защитные заклинания – работа не из легких. Маги изрядно потратились: у Эллы осталось два камня на шейном ремешке, а чаша и вовсе опустела, Драк к закату тоже уже не разбрасывался силой, а, как заправский скупердяй, трясся над каждой лишней каплей.

Даже Нерф, магия которого была иной природы, к концу действа выглядел уставшим. Чародейке вдруг показалось: приди Дух холода сегодня, повелевать им дядюшка не сможет. Впрочем, кто бы из поглотителей ни появился этой ночью, поживиться ему будет нечем. Разве что перехватить на десерт Сорда и Рина, магов, не пожелавших помочь. Элла махнула рукой: по-хорошему, защита города – обязанность Драка, градоначальник платит ему именно за это, а Сорд и Рин работают на семьи и вовсе не должны ему подчиняться.

Элла вошла в свой «уютный тупичок» и чуть не вскрикнула от неожиданности. Из приоткрытой двери одной из комнат брезжил свет. К счастью, чародейка быстро вспомнила, они с Тумой договорились, что дочь Тэона уступит одну комнату Ладру. Работа для мальчишки в доме градоначальника нашлась, а место для ночлега – нет.

Белобрысый спал на кушетке в углу. Во сне он казался еще худосочнее, чем утром на рынке. На столике рядом догорала свеча. Поношенные ботинки мальчишка оставил на входе в предбаннике, одежду снимать не стал, торбу положил на стул около окна.

Чуть что – и сорвется в бега, сбор недолог. Элла принесла из своей комнаты лишнюю подушку, теплый плед и устроила Ладра удобнее. Тот не проснулся, лишь пробормотал что-то невнятное про еду сквозь сон.

Чародейка взяла свечу и вернулась к себе. В тусклом свете она заметила тарелку с куском рыбы и салатом из спаржи да кувшин с киселем, спокойно ожидавшие ее на столике около окна. Рядом с кувшином кто-то сметливый пристроил вместилище воспоминаний.

Изумрудно-зеленая бутыль все еще хранила тепло и не давала напитку остыть окончательно.

Элла вдохнула запах рыбы и поняла, как сильно проголодалась. Взяла вилку и принялась есть, прикрывая глаза от удовольствия. Готовили в доме Видия просто отменно: рыба таяла во рту, все овощи в салате хранили первозданную свежесть, а соус казался даром богов. Чародейка налила в кружку киселя и пригубила, наслаждаясь насыщенным вкусом черной смородины.