Сказка о первой любви

— А где он, друг мой Дубыня? — поинтересовался овинник, кивая на стол с табличкой.

— Друг нашелся! — хмыкнула Веселина — Собутыльник, если. Отправился навестить друга-лешего, в соседний район. Михрютка, — продолжила она— ты почему такой грязный, и вонючий? Говорят, на помойках роешься?

— Не рылся, а искал, кое-сто!— объяснил овинник — Потерял, и искал!

— Он в мусоре ценные вещи ищет. Если найдет — продает! — встряла Лисичка.

— А хоть бы, и так! — сказал Михрютка — Я узе скоро сто лет, как бездомный и безработный.

Овинов нету. Зить-то мне, на сто-то надо. И где-то.

— Живете вы, бездомные, в пустых деревенских домах, — произнесла Веселина — а жить не на что — работать иди!

— Кем? — всплеснул руками Михрютка — Я нисего не умею! И я не один такой, сами знаете! Теперь и домовым, бывает, зыть негде, и водяным, потому сто в грязной воде зыть не могут, и лесым, потому сто леса вырубают. Много нас, беспризорных!

— Ну, это не в нашей компетенции, — сказала лешачиха — Есть другие организации, туда и обращайся! Компенсацию может дадут, какую.

— Он ее давно получил! — заметила девочка.

— Все-то, ты, Лисицка, знаешь! — недовольно буркнул овинник.

Алена отдала девочке заполненную анкету, та прочитала.

— Так ведьма, или русалка? — уточнила она.

— Не знаю! — ответила Алена.

— Ну и ладно! — сказала Лисичка — Без разницы!

— Между ведьмой и русалкой большая разница! — вставая, сказала Веселина — Иди, Лисичка, чаю сделай клиентке!

Веселина забрала бумагу и изучила написанное.

— Понятно! Ведьма Велена, это ее территория.

Только, с озером и пением непонятно. Разберемся! Ну... — глянула в бумагу Веселина и продолжила — ...Алена Игоревна, мы ваше заявление приняли, рассмотрим, разберемся, ведьму накажем.

И положила Аленину жалобу в лежащую на столе папку.

— А когда? — спросила Алена — Нам срочно надо!

— В порядке очереди! — сухо ответила лешачиха — Вон, у нас дел сколько!

И показала на шкафы, стоящие у стен и заполненные папками.

— И все срочные! — добавила она.

— Тут особый слутий! — встрял Михрютка — Три дня, и все! Потом, необратимые последствия!

— В порядке очереди! — встав, как статуя, и глядя в стену, непоколебимо произнесла Веселина — Мне жаль!

— Пожалуйста! — умоляюще, со слезами, попросила Алена.

— Мне очень жаль! — стояла на своем лешачиха — Порядок есть порядок. Нарушать нельзя!

— Но...— пыталась спорить девочка, понимая, что все пропало.

И тут отворилась дверь, и в офис вошел Святогор.

— Сынок! — улыбнулась Веселина.