Сказка - ложь!

Он шел на меня, расставив передние лапы, будто собирался обнять, а на клыкастой морде было написано такое предвкушение, что мне захотелось залепить ему пощечину.

Внезапно он прибавил шагу, я тоже. Пару раз оббежали вокруг кровати в одну сторону, затем в другую. Потом он, видимо, догадавшись, что таким образом меня не поймать, немного замешкался и вдруг одним прыжком перелетел через преграду. Я заорала во все горло, когда огромное мохнатое тело приземлилось рядом со мной. Монстрик обиженно заскулил. Так жалобно, что я не выдержала и, протянув руку, машинально потрепала его по большой лобастой голове.

Ну, вот как собаку треплют за хорошее поведение.

Жалобный скулеж сменился довольным урчанием. Монстрик уже сам ткнулся мордой мне в ладонь, подставляя под пальцы те местечки, которые требовали внимания. Теперь, осмелев, я уже вовсю чесала ему за ухом, а в моей голове начали появляться абсолютно бредовые мысли.

«Интересно, – думала я, искоса поглядывая на довольную мохнатую морду, – а он меня вообще понимает?»

Спустя пять минут большой вонючий пушистик сидел на корточках на полу, прижавшись к моим ногам, а его голова лежала у меня на коленях.

Он вопросительно поскуливал, высунув язык – ну, точь-в-точь, как собака перед любимым хозяином. Правда, моя собачка была слишком больших размеров и слишком опасной, чтобы я могла позволить себе расслабиться. Я даже подумала, что это оборотень – слишком уж был похож. Вот только странный какой-то. Где озлобленный оскал, пена, падающая с клыков, где горящие злобой глаза? Он же, вроде, должен пытаться разорвать меня на части, а не облизывать, как леденец на палочке!

Жёлтые глаза зверя светились в лунном свете, будто два огонька свечи, в них угадывался голод, но совсем не тот, который можно было утолить пищей.

Мне в голову пришла гениальная мысль: а что если бы я смогла его приручить? Хотелось бы иметь на своей стороне такого союзника. А если его еще вычесать и вымыть… с собачьим шампунем… найти ему красивый ошейник и когти подпилить… м-м-м, да все просто умрут от зависти!. .

Э-эх! Жаль, что я не знаю, как отсюда выбраться. Но если выбирать между снобом-герцогом и этим пушистым милашкой, то я выбираю второго.

Кутаясь в герцогское покрывало с вензелями (простынь оказалась разорванной когтями оборотня) и машинально почесывая монстрика за ушком, я подумала, что неплохо было бы подкрепиться. Да и голова болела, температура-то никуда не делась.

Неожиданно, мой желудок голодно заурчал.