Хозяева джиннов

– Нет? – То, как Халид протянул слово, могло устрашить любого. Но не этого парнишку.

– Будешь прятаться в секретных местах – и люди могут неправильно понять. Могут дождаться нас на обратном пути, чтобы узнать наши секреты. Мы можем заняться делом прямо здесь. В чем проблема? Валлахи, никто даже внимания на нас не обращает.

Фатима не сомневалась, что все окружающие полностью сосредоточили на них все свое внимание. В подобных местах глаза отрастали на твоем затылке, висках и макушке. Все-таки в чем-то парень прав.

Она поймала вопросительный взгляд Халида. Он выглядел готовым выхватить юношу из кресла. Но, как бы забавно это ни было, лучше, пожалуй, не устраивать сцену. Она снова опустилась на свое сиденье. Халид вздохнул и последовал за ней.

– Значит, давай показывай, – потребовала Фатима.

Саид снял с плеча коричневый портфель и поставил его на стол. Когда он забрался внутрь, рука Фатимы сжалась на львиноголовом набалдашнике трости. Терпение.

– Погоди. – Гамаль выставил руку. – Покажи деньги.

Фатима сильнее сжала трость. Парень начинал раздражать.

– Так дела не делаются, – заворчал Халид.

– Я их делаю так, дядя. – Его взгляд застыл на Фатиме. – Они при тебе?

Фатима ответила не сразу. Вместо этого она встретила его взгляд – пока часть бравады не поугасла. Только затем она достала из пиджака свернутые в трубку банкноты. Сине-зеленая бумага, скрепленная королевской печатью, заискрилась в глазах парня, и он облизал губы, прежде чем кивнуть. Саид расслабился и достал из портфеля объект.

У Фатимы перехватило дыхание.

Он выглядел как бутылка, сделанная из металла вместо стекла, с грушевидным дном, инкрустированным цветочным золотым орнаментом, который поднимался к длинному горлышку. Позеленевшая поверхность напоминала бронзу, но Фатиме казалось, что это медь.

– Старая штуковина, – заметил Саид, водя пальцем по гравировке. – Думаю, где-то периода Аббасидов. То есть не меньше тысячи лет.

Хороший глаз. Значит, за этим нервным взглядом скрывался знаток.

– Мы ее нашли, когда рыбачили. Я думал, она предназначалась для парфюмов, или ее использовали древние алхимики. Но это… – Его рука потянулась к пробке, поверх которой была керамическая печать с вытравленным на ней драконом. – Никогда такого не видел. Может, китайская? Тан? Язык тоже не узнаю. И воск свежий, будто его только вчера заливали…

– Ты ничего не трогал, так ведь? – перебила Фатима.

Резкость ее тона заставила его глаза расшириться.