Моя мачеха – иномирянка

   Я отмела её и посмотрела на женщину, которая протягивала мне глиняную чашку. Судя по поднимающемуся пару, это чай.

   – Осторожно, горячо, - предупредили меня.

   Я приняла питьё и принюхалась. Судя по сладко-специевому аромату, больше похоже на глинтвейн.

   – Спасибо.

   – А она милая, - раздался тонкий голосок, и я наклонилась, чтобы рассмотреть худенькую девушку с подносом в тонких руках, которая стояла за моей заботливой помощницей. – Да, Элеви? Но гадюка Лонси красивее…

   – Пoследи за языком, Книсска, – шикнула на неё старшая.

– За такие словечки о благородной сейре тебя отстегают плетьми!

   У меня спина похолодела, и чашка заплясала в пальцах. Εдва не обжегшись, я отставила её и опасливо уточнила:

   – И часто тут наказывают?

   – Что вы, сейра Стуся… – начала было җенщина, которую младшая назвала звучным именем Элеви.

   – А вы своих слуг не бьёте? - снова смешалась Книсска.

   «У меня их и нет».

   – Иди проверь, готова ли ванна, – вытолкала Элеви любопытную девушку и, обернувшись, виновато улыбнулась. - Не злитесь на неё. Эта девчонка совершенно не умеет молчать. Что на уме, то и на языке! За что ей часто влетало, в том числе и от сейры Лонси… О! Всё готово, сейра Стуся, прошу следовать за мной.

   Греясь в тёплой воде, я думала о том, что девушка, которую отвергли перед алтарём, должно быть, не раз гостила в этом замке.

А это значит, что она и в будущем может приезжать сюда. Вспомнив тяжёлый взгляд её отца, я поёжилась.

   – Добавьте горячей воды! – велела Элеви и грозно сдвинула не знающие пинцета брови. - Побыстрее, лентяйки!

   – Спасибо, – поблагодарила я, расслабляясь в ароматной ванне.

   В конце концов, зачем переживать заранее? Мои девочки, которым я делала восстановительный массаж, научили меня жить сегодня.

Не беспокоясь о неизвестном завтра и отпуская ушедшее прошлое. Если человек искренне радуется текущему моменту, то даже злодейка-болезнь беспомощно отступает!

   И я наслаждалась мимолётным «сейчас»… Меня вымыли мешочками с душистыми травами, одели в длинную сорочку из мягкой ткани, а сверху накинули тёплый стеганый халат из бордового бархата. Пока Книсска укладывала мои длинные волосы в причёску, я смотрела на своё отражение и кусала губы.