Музыка моей души, или Истинная для князя

— И почему я вам не верю, Ваше Величество? — проговорил Илларион Коррийский, окидывая нас пристальным взглядом. — Ещё вчера вы просили меня передумать насчет брака Ингелики. А сегодня уже приняли мое решение? И почему вы изменили свое мнение, леди Лирия?

— Безусловно, я и сейчас против этого дикого брака. Но я понимаю, что ваше решение мне не изменить, как бы не хотелось иного.

Не знаю, убедила ли королева мужа. Да и способен ли этот деспот кому-то верить? Его Величество ещё раз пристально посмотрел на меня.

Ему явно что-то не понравилось во мне. Неужели он что-то заподозрил? Да и может это хорошо, если монарх поймёт, что я не принцесса.

Хотя, что меня ждет в таком случае? Илларион Коррийский и свою-то дочь не сильно жалел, решив силой выдать её замуж и отнять магию. А что говорить обо мне, чужой ему девушке, которую и вовсе не жаль.

Что меня ждет?

— Что за странное платье на тебе, Ингелика? — недовольно поинтересовался Его Величество. — Если ты так решила высказать своё неповиновение, то у тебя мало что получилось.

Все равно лохмотья на тебе или новомодный наряд от кутюрье. При всем этом ты остаешься принцессой.

Илларион Коррийский скривил губы в презрительной усмешке и добавил:

— К тому же, это пусть и простое платье, но оно намного приличнее того, что носят фрейлины твоей матери. И куда катится мир. Открывать ноги, это крайне неприлично. Но в вопросы моды я не вникаю, это вотчина Ее Величества.

Королева удивленно посмотрела на мужа, оглядела свое платье в пол и подняла глаза на супруга.

— Дорогой, законодательницей мод у нас давно стала леди Диана. Мои же фрейлины не решаются носить подобные наряды. Что не скажешь о свите вашей фаворитки, — уколола его королева.

— Да мне без разницы, кто из вас, что придумывает, — ответил мрачный мужчина. — Главное, чтобы Ингелика не надевала подобные тряпки. Не думаю, что князю Миркочу понравится такое. И вообще, хватит разговоров. Ингелика немедленно отправляйся в свои покои. Я уже приказал служанкам привести тебя в надлежащий вид.

Сегодня вечером я намерен показать Грегору Миркочу его будущую жену.

Хорошая формулировка. Показать князю будущую жену. А не познакомить единственную дочь с будущим мужем.

Как-то неприятно звучит. Но у меня даже мысли не было высказать свои мысли вслух. Разве можно было что-то сказать этому венценосному тирану?

Ничем хорошим такой порыв бы не закончился.

— И помни, дочь, я, конечно, люблю тебя, — довольно равнодушно произнёс Его Величество.