Две сестры - 2. Честь рода

– В следующее мгновение Герда мягко тронула меня за рукав, и я очнулась от невеселых воспоминаний. Удивленно посмотрела на нее, не сразу поняв, что именно она от меня хочет, но затем заметила в ее руках поднос с двумя запотевшими бокалами горячего вина, от которых поднимался легкий аромат каких-то специй. Послушно взяла один из них, а второй Герда отнесла к кровати, где под тяжестью двух одеял изнемогала Габриэль.

– Я хочу встать! – в десятый, наверное, раз взмолилась бедняжка, пока Герда взбивала за ее спиной подушки, помогая устроиться удобнее на огромной кровати.

И тут же зашлась в приступе лающего кашля, при звуках которого у меня привычно закололо сердце.

Герда недовольно покачала головой, но промолчала, видимо, устав объяснять, что если она пойдет на поводу у желаний столь внезапно заболевшей девушки и позволит ей это безрассудство – то тем самым навлечет на себя гнев Гилберта. Затем подоткнула одеяло под мирно спящую Анну, приткнувшуюся на другой стороне гигантского ложа.

К счастью, моя сестренка всегда отличалась глубоким и спокойным сном, поэтому наши перешептывания и поднявшаяся после неожиданной страшной находки суета нисколько не помешала ее отдыху. Наверное, правильнее было бы уложить ее в отдельной комнате, но я боялась оставить ее одну даже на мгновение. Сдается, Вильгельм был прав, и болезнь, уже накинувшая свое гибельное покрывало на бедняжку Габриэль, имеет магическую природу, а значит, нет никаких способов защититься от нее. А учитывая новые обстоятельства и смерть моего сводного брата, нам надлежит держаться вместе.

– Значит, ваш брат мертв, – проговорила Герда и осторожно опустилась в кресло, стоящее напротив моего.

Я кивнула и в очередной раз передернулась от приступа отвращения при воспоминании о распластанном навзничь теле без лица. Повернулась к огню и почти засунула руки в огонь, пытаясь избавиться от навязчивого холода, который словно поселился в моем теле.

– Это сделал призрак? – продолжила осторожные расспросы моя помощница по хозяйству.

Краем глаза я заметила, что Габриэль перестала ворочаться и замерла, внимательно прислушиваясь к нашему негромкому разговору. Мы пока не успели обсудить произошедшее. После обнаружения тела Лукас отвел меня вниз, где строго-настрого приказал нам запереться в спальне и открывать дверь лишь после условного стука, затем заручился поддержкой Гилберта, и мужчины вновь отправились к месту преступления.