Хозяйка "Белой усадьбы"

Он с четырех лет у меня сам с этой проблемой справляется, только когда болел, не мог мыться, сил не было, а сейчас я и не подумала бы идти ему помогать. Он уже был слишком взрослым.

Остальные мальчишки тоже удалились в свои комнаты, закрывая за собой двери и даже замыкаясь, судя по щелчкам.

Надеюсь, справятся, подростки же уже, как-никак.

Я обернулась к девочкам и, помня о том, как правильно разговаривать с детьми, скомандовала:

– Так, все мыться идем ко мне, я вам помогу.

Я думала, что Мариша возмутится, но девочка настолько ошалела от происходящего, что безропотно потопала в хозяйские покои, затем в будуар и в ванную комнату.

Я в шоке уставилась на самое настоящее джакузи.

Здесь и такое есть?

Вода уже полностью набралась, и я еле успела перекрыть кран, чтобы она не полилась на пол.

Я повернулась к девочкам и опять скомандовала:

– Так, одежду бросаем на пол и залезаем в ванну, малышек тоже раздеваем, я вам их подам, будете держать на руках.

Мариша с Сатией кивнули и начали скидывать свои грязные тряпки на пол.

А я в ужасе уставилась на их худющие тела. Кое-как сдержала подступившие к горлу слезы.

Маленьким тоже помогли раздеться, и девчонки залезли в ванну, а крошек взяли к себе на руки.

– Сидим, греемся, отмокаем, я вынесу грязную одежду, – постановила я, стараясь не думать о том, как сильно их заморили голодом.

Развернувшись, увидела еще и душевую кабинку, прямо как у меня дома. Отлично. В ней буду мыться я.

Все вещи я временно выбросила в общий коридор.

Они были настолько грязные, что их не стирать надо, а сжечь. И обувь тоже. Правда, то, что у девочек было надето на ноги, и обувью-то можно было назвать с большой натяжкой.

Затем вернулась в ванную, где тихо сидели девочки, и, заглянув в шкаф, стоящий рядом с джакузи, нашла полотенца, халат для себя и мыльно-рыльные принадлежности.

– Так, это шампунь и мыло, – поставила я на борт джакузи два бутыля, открыла их и выдала девочкам две мочалки.

По опыту знаю, что для них сейчас будет важно, если я буду раздавать команды, а не межеваться и сюсюкать. Так они будут чувствовать мою внутреннюю силу и уверенность и подпитываться ею.

А если я сейчас сяду и начну рыдать рядом с ними, то девочкам станет только хуже.

Я здесь самая взрослая, значит, я должна ею быть…

Как бы тяжко мне сейчас ни было.