Фиктивная жена князя драконов

– Нечего было под князя обсидиановых ложиться! – это они про моего фиктивного мужа, правителя обсидиановых драконов, которые испокон веков были кровными врагами желтых, то есть нашими.

– Эта тварь предала свой народ! – мерзко визжал кто-то.

Можно подумать, у меня был выход. Когда пришла война, а родителей убили, наступил голод и разруха, единственным шансом на выживание нашего маленького княжества стал этот брак. Мезальянс, с какой стороны ни посмотри. Черные в разы сильнее, богаче, больше, и единственная выгода, которую получил их князь от нашего брака – это официальный и достаточно веский повод вступить в войну против бриллиантовых.

Спрашивавший ничего не ответил. А жаль. Я так мечтала еще хоть разок услышать этот бархатистый голос. Мне казалось, даже боль становится меньше при его звучании. Четкие шаги отдавались эхом в моей голове, но не было даже сил, чтобы поднять ее и посмотреть, что происходит. Я только почувствовала, как веревка, удерживавшая мои руки, разом отпускает, и мое тело летит вниз.

Они как-то так ловко поймали меня, ухватили подмышками и подняли вверх. В нос ударил запах смолы и дубового мха. Слишком мужской и напомнивший почему-то о путешествии верхом. Меня аккуратно прижали животом и грудью к себе и заставили ногами обхватить талию. Безвольные руки закинули на крепкие плечи.

– Давай, девочка, помоги мне немного, – тот самый голос прошептал мне на ухо.

Тело не слушалось. Я висела бесхребетной тряпкой и призывала все оставшиеся силы, чтобы выполнить простую просьбу. Этот голос хотелось слушаться, угождать ему. Кое как удалось сцепить ноги на мужской талии, и я почувствовала, как крупная ладонь легла мне на мягкое место, удерживая на весу. Но, право слово, это было столь ничтожной платой за снятие со столба, что даже упоминать о ней как-то совестно. К тому же сзади у меня живого места не осталось, так что нести как-то иначе не представлялось возможным.

Какое-то время мы двигались в оглушительной тишине, а потом вдруг кто-то крикнул:

– Тьфу, как есть подстилка!

Толпа вновь разбушевалась. Я спрятала лицо на вкусно пахнувшей шее – не хочу видеть, как нас будут терзать или поднимать на вилы. А если бы могла, то и сжалась от ужаса. Но сил на это не оставалось.