Табель первокурсницы

Зал больше напоминал комнату отдыха в Илистой Норе, куда охотники забегали погреться и пропустить стаканчик, а не  оружейную лавку.

— Нет. Мы не заблудились. — Я сделала шаг вперед… Ну ладно, маленький шажок. — Мэтр Гикар?

— К вашим услугам, леди, — он изобразил пародию на поклон. — Вот, завершаю земные дела и передаю лавку другу.

— Мне нужна рапира, — проговорила я, и чтобы сразу пресечь ненужные «охи» и «ахи», вытащила и продемонстрировала ученический знак.

— Закройте дверь, на улице холодно, я не ем юных леди на обед, только на ужин.

Гэли поколебалась, но все же выполнила просьбу бородатого. Мужчина был в зале один и пока не собирался кидаться на нас с воплями. Но, как сказала бы бабушка — еще не вечер.

— Поднимите руку, — попросил мэтр Гикар, и я послушно подняла ладонь. Гэли сделала один неуверенный шаг от двери, с интересом заглянула в ближайший открытый ящик. Черный клинок, выглядевший игрушкой в руках здоровяка, взлетел и опустился мне на локоть. Сердце замерло. — Вот так, — агатовое железо легко коснулось ткани, словно он держал не шпагу, а указку, как учитель танцев.

— Зачем?

— Затем, что оружие из чирийской стали готово к настройке на хозяина, одно прикосновение, и рапира ваша навеки, но пока леди не заплатит… — он многозначительно замолчал и перешел к соседнему ящику.

Я натянула на правую руку прохладный шелк. Всегда предпочитала перчаткам муфты: ткань не мешала магии, пока ее не превращали в преграду, пока не ставили на пути изменений. Руки у мага постоянно должны быть наготове.

— У вас узкие ладони, рукоять будет великовата и с непривычки может чуть проскальзывать, — продолжал рассуждать хозяин лавки. — Но при должной тренировке это можно обратить в плюс. — Он повернулся,  в каждой руке у него было по рапире.

Мужчина взвесил клинки и протянул мне правый:

— Попробуйте этот, обычно я не ошибаюсь.

Я коснулась изящной, обмотанной светлой замшей рукояти, контрастирующей с тьмой металла — по слухам, чирийскую сталь закаляли в Разломе.

Странная лавка без витрин и портьер, выгодно оттенявших блеск металла, без драгоценных камней, лавка, хозяин которой давно мертв, но по какому-то капризу богинь продолжает дышать и разговаривать.

Черное железо бесшумно покинуло ножны, я подняла рапиру и сразу поняла разницу.