Табель первокурсницы

Он потянул меня назад, почти выдернул из рук Криса. Это было настольно неожиданно и неправильно, что я на один краткий миг лишилась дара речи и могла только смотреть на рыцаря, полагаю, походя лицом на древесную лягушку с выпученными глазами.

— Конечно, граф Астер, — спокойно ответил Оуэн, отступая   и убирая руки.

Я хотела закричать. Нет, даже не закричать, а завизжать, затопать ногами… Синие глаза утратили спокойствие, стали  привычно колючими, я уловила размытое движение сбоку, и давившая на плечи тяжесть исчезла.

— Я видел графа Астера. — услышала голос Жоэла и развернулась.

За старым гвардейцем стоял рыжий рыцарь и прижимал  широкий нож к горлу мужчины.

— Цела? — спросил Жоэл.

— Я… да… кажется.

— Думал, он ей нож к спине приставил, — проговорил рыжий, заставляя гвардейца отступить.

— Ты не суди обо всех по себе, — излишне добродушно ответил старик.

— А ты бы думал, прежде чем называться. А то так можно без головы остаться, — попенял рыцарь. — Крис, помнишь графа Астера? — Ббарон не ответил.

— Астеры, как и Оуэны, поставщики первого советника. И этот не чета графу, — парень мотнул кудрявой головой и скомандовал пленнику. — Шаг в сторону.

— Ребята, а давайте договоримся… — начал гвардеец.

— С серыми поговоришь, — процедил Крис. — Они любят разговорчивых, — и, повернувшись ко мне, отрывисто спросил.  — Что случилось?

На улице послышались крики, какая-то женщина заплакала, народ собирался у опрокинутой кареты.

— Малышка, — услышала я вкрадчивый голос, и зимний холод, забравшийся под жакет, ледяными пальцами коснулся позвоночника.

На минуту, на одну минуту я забыла о толстяке. Но он не забыл обо мне.

Я повернула голову, и все перестало иметь значение. И бегущие вниз по улице люди, и гвардеец, которому Жоэл заламывал руку, и пробирающий без куртки холод. Все, кроме горячих пальцев Криса и направленного прямо в лицо дула.

Второй метатель толстяка — второй заряд.

Две секунды, и нас с Оуэном обсыплет «сухим огнем». Кристаллы воспламенят все, чего коснутся, все — и камень, и железо, и плоть.

Я вспомнила катающегося по земле сквайра и его крики. В голове билась одна мысль — только не это.

Руки Криса сжались, я почувствовала рывок, и в следующий момент уже покатилась по земле, загребая грязный снег, вскрикнула, подняла голову, ища глазами парня с метателем и стоящего почти напротив него рыцаря.

Толстый палец коснулся курка.

Девы, только не он! Я не хотела… не могла видеть его смерть. И не могла не смотреть.