Жена проклятого некроманта

Скажи, ты жить хочешь?

— Да! Очень!

Ну что за вопрос? Конечно, хочу! Может, она меня прямо сейчас обратно вернет и Лешка никогда не узнает, каково это — найти бездыханное тело своей невесты? Бывшей невесты, но тем не менее. Я не могу уйти вот так!

— Настя? — Словно в насмешку, дверь на кухню распахнулась настежь, на пороге появился мой жених. Один взгляд на творящийся бедлам — и с лица Алексея сошли все краски, уступая место неподдельному ужасу. — Настя!

— Ты сейчас проснешься и разлюбишь его! — Испугавшись мужского крика, притихшая Светка вновь начала подвывать, увеличив амплитуду раскачиваний.

— Почему ты медлишь? — поторопила я богиню, отбросив всякие реверансы, напряженно следя за действиями перепуганного мужчины.

Он пытался прощупать пульс, которого уже не было, а после схватился трясущимися руками за телефон, чтобы вызвать скорую.

— Сейчас самое время! — Я чуть ли не плакала, видя, какую душевную боль испытывает Алексей. — Ну же, Либитина! Пожалуйста! Чего ты ждешь? Я хочу жить!

— И будешь.

А боль… боль утихнет. Пора.

— Глава 2 —

Но боль не утихла. Она отзывалась в каждой клеточке тела. С каждым вдохом пронизывала легкие. И только через секунду я осознала, что боль эта не душевная, а физическая. Все чувства, все эмоции как отрезало. Будто бы их и не было никогда.

Значит… Либитина не солгала? Она сдержала слово, вернула меня к жизни. Так?

Я пошевелилась и едва сдержала вопль радости.

Я чувствую руки! Ноги! Я живая! Передо мной все плыло как в тумане, но я все же поднесла руку к глазам, чтобы убедиться в собственных выводах. Какая-то она… бледная? Отекшая? Пошевелила, сжала кулак, растопырила пальцы...

И ощущается как-то иначе. Но наверное, это нормально, когда ты в прямом смысле покинула собственное тело?

Хорошенько проморгавшись, вдруг поняла, что бледность и легкая синева — это всего лишь обман зрения из-за падающего откуда-то сбоку голубоватого света.

С трудом сев, я окинула окружающий мир взглядом и…

Ни тебе разгромленной кухни, ни ошарашенных лиц свидетелей чудесного воскрешения. Женщина в длинном фиолетовом платье, которая хоть что-то могла бы объяснить, тоже отсутствовала. Только высокие каменные стены, неумелой рукой перекрашенные из черного в противный желтый цвет. Большие деревянные кадки с комнатными растениями и какие-то странные цветастые коврики на каменном полу.