Хроники Тинакриуса. Черная Звезда

Склонился к губам, несколько раз глубоко вздохнул, будто не мог надышаться, и исчез — просто растворился, пространство схлопнулось вместе с ним оставляя крошечные серебристые частички в воздухе.

Анна лежала на кровати напуганная, растерзанная и трясущаяся от страха. Он прошелся по её гордости и чувствам как ураган, вдалбливая в сознание свой демонический образ, чтобы она больше не смела думать о нем как об объекте воздыхания. Жестоко, но разве это заставит охладеть, когда так непреодолимо тянет к этому мужчине?

— Шаг вперед, три назад, — прошептала она, поворачиваясь набок, из уголков её глаз капали слезы.

* * *

Небо над озером источника Надежда разверзлось, с неба на огромной скорости упало тело, сотрясая водную гладь. Мощь удара была настолько сильной, что покачнулись многовековые сосны, растущие на берегу. Поднялись высокие волны и обрушились на сушу, стаи потревоженных птиц взмыли в темное небо, оглашая испуганным криком Северный лес. За тысячи лет существования источника, его так не тревожил никто.

Водные духи лютовали от дерзости вторжения, но ничего поделать не могли. Хозяин земли вернулся и нуждался в помощи. Его душа разрывалась на мелкие осколки и только они могли успокоить древнего, вновь рожденного бога, только они могли удержать его гнев.

Сегодня адириец впервые позволил себе умереть…

Его тело медленно опустилось на илистое дно, прижатое кубометрами мутной воды и осталось неподвижным. Он не хотел подниматься на поверхность, он сам себя утопил. Жгучая боль обожгла легкие, горло сжималось будто в тисках, вода проникла внутрь, он задыхался, но упрямо оставался там.

«Почему так больно… сердце разрывается, рыдает душа… Так не должно быть…»

Его сознание отключилось. Он умер.

Прошло несколько минут прежде чем тело регенерировало. Легкие вытолкнули воду, желая сделать вдох, но вокруг была вода. Он снова тонул, грудь нестерпимо пылала. Казалось голова взорвется от напряжения, но он упрямо продолжал, — до тех пор, пока темная сущность не успокоится.

Адириец в нем желал вернуться в ту спальню и закончить начатое, завладеть девушкой полностью, сделать её своей. Немыслимым усилием воли он оторвался от неё. Он сам испугался собственной реакции, желание было настолько сильным, что померкло всё. Империя, мир, мироздание, ничего не имело значения, все сжалось до размеров одной комнаты и единственного существа.

«Моя… моя… моя…» — вопил адириец, цепляясь за осколки реальности, но сила воли принца была сильнее.