Хроники Тинакриуса. Черная Звезда

И пожиратели питающиеся душами, и химеры одержимые ха'адеситами, его рук дело. Это он шестьдесят тысяч лет назад убил полюбившую его Сатуару, экспериментировал с её телом, познал секреты Мироздания неизвестные никому, разорвал ткань пространства и создал разломы, которые соединили Тинакриус и Ха'адес, и именно он стал первым отступником, Проклятым бессмертным во всех мирах.

Значит те темные маги нацелились на реванш? Они хотят открыть разлом, впустить Ха'адес и освободить Проклятого, но зачем убивать Сатуару, она им нужна…

— Пророчество! — выдохнул принц.

Он даже поднялся, от осознания происходящего, но рука Анны крепко сжимала ткань его рубашки, не отпускала. Он посмотрел на девушку. Демон внутри зарычал, показывая свое недовольство и Эйдану пришлось вернуться на подушку.

«Нужно срочно связаться с друидом и сообщить Адамасу о своих догадках, но встать я не могу, а магическая связь заблокирована водным покровом. Возможно наставники уже догадались? Кай точно им все рассказал… Получается брат был прав, когда хотел убить Анну прямо в "Зоне", как только увидел её двойственную сущность.

Кайденор первым все понял! Какой же я глупец!»

Эйдан взглянул на мирно спящую Анну на его плече. Она ещё ближе к нему подтянулась, инстинктивно ища защиты у сильного архимага, доверяя жизнь своему куратору. «Глупая… Мне стоит ещё раз подумать над своим решением. Возможно послушать Кая, пока не стало слишком поздно убить Черную Звезду?» — думал принц.

Там на выступе он был уверен, что Анну нужно защитить любой ценой.

Разобраться со всем, потом только действовать, но сейчас… Тот мимолетный порыв, когда он впервые почувствовал бессмертную кровь Сатуары, затуманил его сознание, Эйдан мог ошибиться, принять неправильное решение.

Если пророчество правдиво, то "Черная Звезда" погубит Тинакриус, а потом и всё Мироздание, и он единственный сейчас находится между судьбой и выбором, гибелью и спасением…

«Ценнее ли жизнь одной, миллионов других?» — ответ очевиден.

Эйдан опустил глаза на шею Анны — всего одно точное движение и она будет сломана, Тьма не захватит миры, Проклятый Бог останется в заточении, а он сожжёт останки, чтобы ничего не уцелело и Сатуара не вернулась.

Принц потянул руку к Анне и его пальцы сомкнулись на изящном горлышке. Он почувствовал биение её пульса под своей ладонью, её жизнь, такую хрупкую и крошечную, — стал беспощадно сдавливать тиски, как вдруг, его тело пронзила невыносимая боль. Каждую клеточку разорвало на молекулы.