Тайна Агровура 2 Огнем и Льдом

Он даже примет проигрыш, но если даже не попробует – будет всю жизнь себя корить… 

- А что тут такого? – сел около Зара Герман. – По- моему, вы идеально подходите друг другу. 

- С чего ты взял? – стараясь, чтобы голос не дрогнул и звучал с нотками безразличия, спросил Зар. – Сейчас мы просто друзья. Не более и не менее, чем все остальные, имеющие отношения к Ане… 

- Ане?! – тут же поймал слово Герман. 

- Насте, я хотел сказать, - спохватился Зар, но было поздно… 

- Ане! Ты сказал «Ане»! – вспыхнул Герман от радости.

– С чего бы такое уменьшительно – ласкательное имя? А? 

- Да просто с языка сорвалось! – крикнул Зар, бросив виксент, которым чинил лазерные дорожки в двигателе. – Чего ты ко мне пристал! 

- Да просто ты в нее… 

- Нет! Замолчи! 

         Зар угрожающе замахнулся какой – то железякой от стеллара, которая попалась ему первая под руку, и ударил бы Германа, если бы не подошедшая Настя и незнакомец.

 

         Герман мысленно поблагодарил Анастасию хотя бы за такое спасение, а Зар, смутившись, отложил оружие в сторону. Полина подошла последней, увидев, что Настя опять нарушила разрешимое расстояние, на котором должна находиться от Зара. 

         Она незаметно встала меж ними и посмотрела угрожающе на девочку. Но та не придала ее взгляду и позе никакого значения. Казалось, она ее даже не заметила. 

- Его зовут Эварик, - представила Настя незнакомца.

 

- Эварик? – удивился Герман. – Странно, у зеймундцев обычно трудно выговариваемые имена… А тут… Эварик. 

- И что? – одернул его Зар. – Ты с ним говорила, - вспомнил парень, смотря на Настю, - неужели он научился говорить по – нашему? 

- Я умел, - встрял в разговор Эварик. – Просто я привык к местному говору и отвык разговаривать на русском языке. 

- На человеческом, - поправила Полина. 

         Эварик недоуменно посмотрел на нее и вдруг сказал: 

- Для каждого свой язык «человеческий» и самый лучший.

На Земле много языков: русский, латинский, французский, нейбирский зеймундский и даже астеларский… На всех, конечно же, не научишься превосходно говорить и за всю жизнь, но на каких – то же можно научиться. 

- И сколько же ты знаешь, полиглот? – уточнил Герман, воспринимая его слова, как шутку, даже насмешку. 

- Я плохой ученик.