Смерть, отбор и котики

И если наш убийца достаточно умен и не стал сам поглощать полученную силу — отследить его по следу некромагии просто не получится, потому как сам он носитель совершенно другого дара, — добавила я то, что не успела рассказать оборотню, когда нас прервали над телом.

Радости эта новость мужчинам не принесла, потому как вывод из всего сказанного мною один — убийцей может оказаться любой.

— Почему я должен вам верить, месса Розенвар? — давя на меня тяжелым взглядом, поинтересовался император. — Возможно, все, что вы сейчас рассказали, всего лишь попытка выгородить себя.

— Не верьте, — пожала я безразлично плечами. — Вот только мне нет нужды оправдываться — у меня есть алиби. Во время убийства я находилась среди толпы придворных, и непосредственно рядом со мной был маг, способный ощущать использование магии, — бросила короткий взгляд на фон Грейслинга. — Я никак не могла убить девушку.

— Это вы так утверждаете, — продолжал давить император. — В нашем мире плохо представляют себе, на что способны маги Смерти, как и в мире месса Грейслинга.

— Заключайте, — отозвалась я. — Буду даже вам благодарна. Наверняка сидеть в темнице будет спокойнее и безопаснее, чем участвовать в ваших конкурсах. Да и… стойте… вы же не можете этого сделать, — осенило меня. — По условиям вашего же соглашения с богами я обязана участвовать во всех мероприятиях этого отбора, — искренне расстроилась я. А ведь такая отмазка пропала. Могла бы заявить покровительнице — меня, мол, не оценили и заперли, поэтому я не смогла ничего сделать.

— Я могу вас казнить, — тяжеловесно выдал император, — и тем самым избавиться от возможной угрозы в вашем лице.

— Гордуил, — сухо отозвался фон Грейслинг, удивив меня внезапным вмешательством, — это уже слишком…

— Не можете, — оборвала я заступническую речь, твердо глядя местному правителю в глаза.

Даже не стала объяснять миллион причин, по которым он не может этого сделать. При всем желании. Угрожать, запереть, пытать еще мог бы, а вот убить — нет. И он это тоже прекрасно понимал, судя по недовольно поджатым губам и сосредоточенному взгляду. В конце концов, они сами затеяли все эти божественные соглашения.

— Ваше императорское величество, давайте поговорим прямо. — Я серьезно посмотрела на него.