Герои Меча и Магии III. Своенравный Храбрец

Хоть это были и пираты, но они оказались далеко не так глупы, как гоблины, и провернуть план по освобождению, нам не удалось: перед сном, они поставили ножки стола, с неубранной посудой, на крышку погреба, создавая себе сигнализатор-маячок, на случай, если крышка откроется. Что, собственно, и произошло: все до одного пирата вскочили и, выхватив оружие, окружили нас, когда посуда с грохотом приземлилась на пол, предательски нашумев и разбиваясь вдребезги.

– Я же говорил, часового можно не приставлять, – рассмеялся СПеВС, глядя на мою физиономию, полную растерянности.

– Ребятки-то, оказались смышлёными.

«Нам конец» – последнее, что подумалось мне, перед тем, как нас всех выволокли из подпола, и мне зарядили по хребту, чем-то тяжёлым.

***

Минутка откровения: все те, кто рассказывают, что в последний момент перед потерей сознания, в паническом страхе видят, как перед глазами проносится вся их жизнь, а потом, отключившись, видят какие-то коридоры со светом в конце пути, заявляю, положа руку на сердце – лгут! Ничего подобного не происходит! Это касается и тех, кто заявляет, что это случается перед тем, как отдать концы.

Поправочка: оттуда не возвращаются, не заявляйте! Вспышка, правда, есть, но не в конце туннеля, а как раз в самом начале, в момент удара по затылку, в моём случае – хребту! И, поверьте, ощущения полёта при этом не испытываешь вовсе. Зато, почти не больно, раз – и готово. Но, вот придя в себя, спектр эмоций и чувств посещает просто непередаваемый: благоговение; память отшибает напрочь, как будто пил пойло неделю напролёт; голова, к слову, болит и кружится также; тошнит непереставая; дико хочется спать, плакать, и в туалет, а тело и место удара ломит так, как будто по тебе пробежал табун единорогов; желание повторить побег – улетучивается в миг.

Это не полный список всего, что я испытал тем утром, но, вполне достаточный, чтобы усвоить раз и навсегда: с пиратами шутки плохи! Разбаловали меня островитяне. – Выноси! – разбудил меня, всё в том же погребе, и впился прямо в мозг командный окрик предводителя.

На этот раз, пираты были более осмотрительны и решили больше не допускать подобных выходок с нашей стороны: теперь я был связан по рукам и ногам, но, повезло, мешок на голову достался прежний. Гретчин ныл уже безумолку. Со стороны, это выглядело, скорее всего, так: словно животных пойманных на охоте, нас, связанных, несли на жердях к месту, где огр-людоед приготовит себе обед.