Сбежать от стального короля

И вот я, как идиот, несусь в ванную спасать свое мужское достоинство.

И пока я там плещусь, две интриганки меняются нарядами и закрывают лица вуалями. Все. Дурак из меня сделан так виртуозно, что комар носа не подточит.

Нет, все равно не понимаю. Зачем старшей отказываться от замужества? Ради сестры? Или ей так противен брак с мальчишкой Оуэном? Чушь, галиматья, но допускаю. Бабские хотелки редко угадаешь. Но зачем отказываться от опеки?! Одна, без мужчины, пропадет же, идиотка. И надо сообщить отцу…

Я скрипнул зубами.

Стыдно-то как. Обманулся, как малолетка. Простейшее доверенное мне дело и то провалил.

— Несс, отец желает вас видеть немедленно. А также вас, леди Леннистон, — в дверях с безукоризненно вежливой улыбкой возник секретарь.

Откуда отец узнал?

— Леди, прошу, — только ещё одного обморока не хватало! Девушка обмахивалась накрахмаленным платочком и всячески демонстрировала, что ей нехорошо. Но шустрый второй уже успел подхватить ее под локоток.

До отцовского кабинета мы шли в молчании.

Я старался не выплеснуть клокочущую в душе ярость. Сдерживался, потому что повышать голос на леди нельзя. И потом, что толку? Сделанного не воротишь.

Ещё из-за двери я услышал, как отец заходится кашлем. Горнюк, ему бы еще лежать и лежать. Лекарь велел соблюдать строгий постельный режим. Это из-за меня отец вынужден подняться, из-за моей ошибки. Недосмотрел за сёстрами, не проверил, позволил себя облапошить, как мальчишку. Прах побери!

— Лорд Маубенрой, к вам…

Я оттеснил секретаря и вошёл в кабинет.

За мной бочком протиснулся Оуэн, придерживая под руку свою будущую жену, и остановился с ней у двери.

Отец снова закашлялся, смочил горло, отпив из стоящей перед ним чашки, и вперил в меня злой, почти ненавидящий, взгляд. Я вздрогнул. Ни разу в жизни отец не смотрел на меня так; даже когда я в детстве разбил старинный маркшейдерский артефакт из фамильного ящика, лорд Маубенрой был добрее.

Глава 6

— Объяснись, первый.

Совсем дело плохо. Я скрипнул зубами, стараясь не обращать внимания на то, с каким выражением отец разглядывает мое позорно-гладко выбритое лицо.

Ошибки надо признавать.

— Вчера от вашего имени я прибыл к сёстрам Леннистон и, исполняя договор, одной из сестёр надел родовой перстень, а с другой взял клятву о нераспылении крови.

— Да неужели? — прошипел отец и так на меня посмотрел, что я даже об уничтоженной бороде забыл.

— Войти в нашу семью должна была старшая леди. Девушки тайно поменялись.